— Вы страшный человек, Дариус. — Улыбнулась Лизи. — Этот план меня более чем устраивает.
— Благодарю вас, Элизабет.
Глава 16
Дневная звезда еще не целовала горизонт, а темнота еще не опустилась на колени. Но уже скоро первые лучи будут поджигать звездную тьму. Когда-то, очень давно, она любила солнце, но под поступью времени она забыла то время, ту далекую и чужую жизнь. Теперь она всем своим темным существом ненавидела этот обжигающий глаз огненного бога. Она лежала в темноте, обнаженная и от того еще более прекрасная словно падший ангел, ее кожа была бледной словно иней, а с глаз сошла чернота, придавая ее зрачкам насыщенно зеленый цвет травы давно минувших дней, когда она еще любила гулять по зеленым лугам под теплым солнцем. Морена лежала глядя на полупрозрачный полог над головой и вспоминая столь забытое чувство. Страх. Он щекотал словно легкое касание. Разжигая давно уже мертвое сердце. Впервые за столько веков она что-то почувствовала, кроме горькой, разъедающей жилы ненависти. Она забыла это чувство, считала, что оно давно умерло. Но на мгновение — всего на один смертный вздох — госпожа испытала ощущение, которое считала пылью веков.
Смертные, делившие с ней роскошную кровать с балдахином, спали спокойным безмятежным сном, неподвижны, если не считать легкого движения руки и мерного дыхания. Она давно не видела снов, проваливаясь в сон словно в глубокую могилу. Такому древнему существу и не нужно было долго спать. Но все же краткий сон не принес ей успокоения, вынырнув из смертельной мглы сна, она снова вспомнила то чувство, когда мальчишка заставил ее мертвое сердце вздрогнуть. На мгновение, но «Власть» взяла вверх над ее волей, как взяла вверх над ее кузенами. Заставив их убивать свою госпожу, заставив ее рвать им глотки. Выдирать мертвые сердца из груди своих соратников.
А вслед за страхом словно вечно опаздывающий младший брат пришел и адреналин, а за ним и жажда охоты, и слабая, пока еще тусклая надежда. Что ее план все же можно осуществить. Это все заставляло ее мертвое сердце биться в предвкушении, наконец то чувствовать хоть что-то. Она лежала и размышляла, строя планы неосознанно провела кончиками мраморных пальцев по коже лежащей рядом костеродной, касаясь нежно, как первый снег. Ее глаза блуждали по обнаженному телу: восхитительный рисунок вен на запястьях и вверх, к пышной, грохочущей жизнью артерии на лебединой шее и точеной линии подбородка.
Глаза девушки распахнулись от восхищения, когда плоть отреагировала на ее прикосновение — девушка покрылась гусиной кожей и дыхание участилось, она задрожала, полностью проснувшись. Пальцы погружаются ниже и ниже. Обжигающе горячие губы — достаточно близко, чтобы поцеловать.