в посетителя и медленно произнес: – Я не знаю, на что вы намекаете, господин Котиков, но академия не имеет никакого отношения ко всему происходящему. Сейчас каникулы, и студенты предоставлены сами себе. В учебное же время мы строго следим за порядком. И если вам кажется, что это не так, возможно, вашему брату стоит подыскать другое учебное заведение. Митя сделал вид, что смутился: – Прошу меня простить, возможно, мои слова и впрямь прозвучали не так, как бы я того хотел. – Он глянул на часы. – Сейчас мне надо идти, но надеюсь, мы еще встретимся, чтобы обсудить пожертвование. – Возможно, – бросил Северов, опускаясь на место. – Но ничего не обещаю. Откланявшись, Митя покинул здание. Его так и раздирала досада. Перегнул палку, перестарался. А ведь мог бы что-то узнать, а теперь этот паразит слова лишнего не обронит. Бывший маг вновь потер занывшее плечо. Хотя кое в чем директор действительно прав: все произошедшее со студентами случилось в летнюю пору. А что происходит в Крещенске летом, что переворачивает все с ног на голову? Ответ имелся лишь один. И именно туда, в этот эпицентр суеты, он сейчас и направлялся – а именно на ярмарочные ряды. Со вчерашнего дня здесь ничего не изменилось. Так же кричали зазывалы, расхваливая товары, ржали лошади, привезенные на продажу, шумел торговый люд. Воздух еще задолго до самой ярмарки переставал походить на привычный и наполнялся ароматами выпечки, сластей и разносолов, смешанных с терпким животным духом и людским потом. Все смешалось на ярмарке. От увиденного голова шла кругом. Сегодня Митя решил все же посетить окоматограф. И хотя в бытность свою Зеркальным магом он не любил возиться с этим аппаратом, все же детские впечатления, когда увиденный чужими очами мир разворачивается перед тобой, даря ощущение присутствия, не отпускали. Отстояв очередь, он купил билет и с удовольствием посетил сеанс, где крутили несколько эпизодов о путешествиях. Здесь и пустыня, поражающая бесконечностью, через которую медленно шел караван верблюдов, и морская гладь, над которой вздымались белые глыбы льда, и густые, полные необычной жизни джунгли – этот эпизод заканчивался прыжком разноцветной змеи прямо в кадр. Видимо, гадина вцепилась в того, кому принадлежало око. Механическое фортепиано само играло мелодии, отчего выходило на удивление атмосферно и живо. После сеанса Митя еще некоторое время задумчиво стоял у шатра, глядя на гудящую ярмарку и размышляя, что, пожалуй, когда его задание кончится, он все же последует совету целителей и отправится