И тут напомнил о себе Рыжебородый, недовольный тем, что его игнорируют:

— Так и есть, Сигурд-конунг, я теперь ярл! А чтоб ты во мне не сомневался, я не только тот, кто победил Гунульва-ярла и забрал его корабли! Я — тот, о ком будут петь саги, потому что именно я поразил копьем ужас из глубин, великанское чудище великанши Ран!

И подбоченился гордо.

Ах ты ж мелкий тщеславный дурень! Или нет? Не дурень? Неужели швыряя копье в кракена, Рыжебородый именно на это и рассчитывал? Ишь ты, Поразивший Копьем! Прям герой из саги.

Санек сдержался. Но не выдержал Келль.

— Ты, Альв, кое-что забыл, клянусь Молотом Тора! — прорычал он.

— Это что же? — важно поинтересовался Рыжебородый.

— Копье-то ты бросил, да. Но забыл сказать, что ты делал после? Рассказать о том, как вместо того, чтобы принять бой, ты драпал, как паршивая собачонка, тяпнувшая за ногу кабана. И пока ты удирал с визгом, бой приняли мы! — Он повернулся к Кетильфасту: — Я помню, ярл, ты просил меня молчать и не спрашивать с этого дурака за погибших! Но если бы он не ранил чудовище, оно бы не пустилось за нами и нам не пришлось бы с ним биться. — И снова Альву: — Сандар заступился за тебя, но будь я на его месте, ты бы уже стоял в кругу!

— Сандар умнее тебя! — запальчиво выкрикнул Альв. — Он не станет со мной биться, потому что сам бы в круге и остался!

Ну дурак! И, сука такая, не оставил выбора.

— Хочешь сказать, что я боюсь, Рыжебородый? — поинтересовался Санек, кладя руку на меч.

— А что тут удивительного? — пожал широкими плечами коротышка. — Меня все боятся!

И покосился на шлем Санька.

Санек глянул на Сигурда. Тот просто лучился от удовольствия. И самое неприятное, что завершить все мирно уже никак не получится.

— Ты прав, я боюсь, — надменно произнес Санек. — Но не тебя! А вони, которое идет от твоего дерьма, когда ты удираешь. Ярл, — Санек повернулся к Кетильфасту. — Я помню, что у нас с хирдом Альва мирный зарок. Но, надеюсь, боги не рассердятся, если я немного поучу учтивости этого хвастуна. Келль правду сказал: если бы не его глупость, наши хирдманы были бы живы.

— Ты сейчас назвал меня глупцом? — Альв аж подпрыгнул.

Вот же избирательный слух у коротышки.

— Я не хотел обидеть тебя, Рыжебородый, — произнес Санек, не убирая ладони с меча. — Я просто сказал правду. А разве можно обижаться на правду?

Кое-кто из хирдманов засмеялся. Причем это были хирдманы Альва, а не Кетильфаста.

— Еще как можно! — взревел Альв. — Доставай свой меч, Бергсон! Сейчас я заберу его себе! — Но смотрел он при этом не на меч, а на Глаз Локи. — Эй, кто-нибудь! Дайте мне щит!