Тут конунг наконец опомнился. И разозлился.

— Кто ты такой, чтобы спрашивать? И кто мне помешает наказать тебя за дерзость?

— Твой гость, конунг, — спокойно произнес Санек. — Это ответ на твой первый вопрос. Так сказал мне твой хирдман Фари. Он солгал?

Сигурд молчал. Сопел сердито.

— А на второй вопрос я тебе тоже отвечу, — Санек подпустил в голос металла. — Хочешь меня наказать? Попробуй!

— Надеешься на друга Кетильфаста? — прищурился Сигурд. — Я не боюсь его.

— А следовало бы.

По позе конунга Санек видел, что нападать сам тот не собирается. И звать бойцов тоже. Пока.

— Тебе следует быть очень осторожным, Сигурд-конунг, — заметил Санек. — Не стоит угрожать ни мне, ни Кетильфасту. Это опрометчиво. С теми людьми, что у тебя остались.

Щека дернулась. Неужели он думал, что никто не узнает?

Наверняка догадывался. А то стал бы он в гости приглашать и байки травить с таким, как Санек

— Моя жена, — напомнил он. — С ней обошлись нехорошо. А ведь она не только моя жена, но еще и вёльва. Понимаешь, что это значит?

— Что? — повторил Сигурд.

Пьян? Вряд ли. В этом кувшине пара литров от силы. Два литра пива для такого здоровяка — ни о чем. Или это был не первый кувшин?

— То, что за ней не только я, — пояснил Санек. — Но кое-кто оттуда, — Он поднял палец. — Напомнить, что делают боги с тем, кто ведет себя неправильно?

— Лишают удачи, — пробормотал Сигурд.

— Ты понимаешь, — кивнул Санек. — Теперь, пожалуй, я бы выпил твоего пива. Но пусть принесут кубки. Я не привык, знаешь ли, вот так попросту, — он кивнул на кувшин. — Да и тебе, конунг, невместно пить, как это делают смерды.

— Указываешь, как мне себя вести в моем гарде? — Вмиг ощетинился Сигурд.

— Твоем гарде? — Санек усмехнулся. — Не так давно это был гард Харальда. Как долго он будет твоим, если мой друг Кетильфаст решит иначе?

Все-таки хорошо, что в этом мире взрослеют рано и такой, как Санек, считается зрелым мужчиной, которому никто не скажет: «Не учи меня, сопляк!»

— Ты пришел сказать мне о том, что Кетильфаст хочет стать конунгом? — Сигурд нахмурился еще больше.

— Я пришел узнать, почему ты обидел мою жену, — напомнил Санек. — Это ты начал мне грозить и это ты сказал, что не боишься мести Кетильфаста. Я, конунг, не люблю, когда мне грозят. Настолько не люблю, что почти все, кто это делал, сейчас мертвы. И Грейпюр, которого ты вспоминал, в их числе. Но если вина не слишком велика, я не убиваю виноватого. Как было с Альвом Рыжебородым, ты сам видел. Я показал ему, кто он есть и помог занять подобающее место. Вот что ты мог увидеть на том поединке.