— Ну, ты не прав, — Толстый постарался сказать это как можно мягче. — Во-первых, на вопросы и указания я не могу тебе ответить «ты не прав». Во-вторых, я комментирую подобным образом не каждое твоё утверждение, а только те, которые не соответствуют истине. Так уж получилось, что почти все они в чём-то не верны. И, в-третьих, ты вовсе не болен кретинизмом, просто мало кому ещё удавалось так быстро привыкнуть к нашей стране. Она такая, эта cтрана… «The Land of Mechanical Hens».
0.3
Боб попытался успокоиться, пробормотав что-то вроде «чёрте что». Потом подошёл к спутнику, посмотрел в упор и спросил:
— Вот скажи мне, умник. Вот это, — он тыкнул пальцем в землю, — Куриный навоз? Экскременты механической курицы? Так? Что, опять скажешь, что я не прав?
— Ты не прав. Снова не прав… Это не экскременты, куриный навоз называется так просто потому, что это навоз, и принадлежит он механическим курам. Но это вовсе не они его производят! Он всегда был здесь, сам по себе. К тому же, то, куда ты показываешь, может оказаться и куриным навозом, и утонувшей деревяшкой, и простым поверхностным слоем этого мира, и отдельной молекулой…
— Всё, не начинай!
— … Одного из веществ. Нет ничего абсолютного в этом мире. Всё зависит от того, как посмотреть.
— Да что тут смотреть… — глядя вдаль, задумчиво проговорил Боб, в очередной раз понявший, что спорить о своей правоте с Толстым бесполезно. — Тут смотреть нечего. Куриный навоз сплошной. Разломанные пустые курятники. Кое-где — скамейки старые. И — ни души.
Толстый присел на деревяшку.
— Ты не прав… Тут много интересного, я уже говорил тебе. А души… Их много тут, этих душ. Сотни поколений механических кур жили здесь, питались, бегали друг за другом.
Боб скинул с плеча охотничий карабин, присел рядышком.
— Бегали… Зачем бегать-то, не пойму? Ну и объясни тогда, толстый умник, куда они все убежали? Вот скажи мне, Толстый, мы уже третьи сутки тут, так?
— Ты не прав, здесь понятие «сутки» не вполне уместно — солнце-лампа светит и выключается неравномерно, с неявной периодичностью…
— Ну хорошо, скажи мне, вот ужепримерно третьи сутки, по-нашему, земному времени, так?
Толстый молча почесал подмышку.
— Хорошо, так объясни, Толстый, почему этот мир зовётся «страной Механических кур»? Ведь за это время нам не попалась ни одна курица! Я что, зря приехал сюда охотиться?
— Ты опять не прав, Боб! Здесь полно механических кур. Просто они скрываются. Боятся нас. Ты их и сам распугиваешь, между прочим, своим пессимистом. Ты посмотри, как прекрасен этот мир!
Боб посмотрел по сторонам, попытался проникнуться чувством прекрасного, но в очередной раз чихнул.