Лицо Амату осталось спокойным, но я почувствовал, как его ментальное поле чуть сжалось, обдумывая мои слова.

«Не хватит сил», — пришла его мысль, окрашенная сожалением. — «Даже вдвоём. У меня нет таких способностей, чтобы полностью подчинить чужую волю. Я могу удерживать, блокировать, подавлять, но не заставлять действовать. А сын Земли силён духом, и он поставил ментальный блок, его сознание закрыто».

Я ожидал чего-то подобного и подготовил запасной вариант.

«Тогда мы его усыпим», — послал я новую мысль. — «Во сне воля слабеет. Блок тоже должен ослабнуть. Мы войдём в его сознание и активируем артефакт, пока он спит».

Амату медленно покачал головой.

«Во сне тело расслаблено, но сознание не исчезает полностью. Его ментальный блок работает даже без активного внимания, как защитный рефлекс. Мы не сможем его обойти. Это не птица, Ярослав, человека подчинить намного сложнее».

Я стиснул зубы. Нет, я не отступлю.

«Значит, нам нужно усилиться», — послал я мысль Амату, достал из внутреннего кармана мешочек с ядрами и выбрал из них фиолетовые.

Так, крупных фиолетовых больше нет. Жаль. Зато есть пять штук более мелких.

«Слишком рано», — в голосе Амату прозвучала тревога. — «Мы поглощали крупные ядра совсем недавно и наши ментальные тела ещё не восстановились полностью. Я себя знаю, мне нельзя точно».

«А я справлюсь», — отрезал я, мобилизуя силы. — «Только помоги мне».

Амату долго смотрел на меня. Я чувствовал, как его ментальное поле колеблется между желанием помочь и опасением за мою жизнь. А я никакого страха не испытывал, даже сомнений не было. Просто я откуда-то знал, что справлюсь. Не знаю, откуда у меня было это знание, но оно наполняло меня всего изнутри.

«Хорошо. Я поддержу. Но будь осторожен, сын Ирии».

Я сжал ядро в правом кулаке и закрыл глаза.

Энергия хлынула в ладонь быстрее, чем я ожидал. Плотный, холодный поток ударил в запястье, поднялся по руке и ворвался в грудь. Сердце на секунду замерло, потом забилось часто и гулко. Ментальное тело задрожало и начало раздуваться, как воздушный шарик, готовый лопнуть.

Перед глазами поплыли тёмные пятна. Уши заложило, и в этой ватной тишине я вдруг услышал обрывки сновидений Захар и Кости, которые замелькали передо мной разноцветными лоскутами. Голова закружилась, к горлу подкатила тошнота. Я стиснул зубы и рывком, волевым усилием, стянул ментальное тело обратно и стал сжимать его, уплотнять, забирая над ним контроль.

Меня скрутило, и я едва удержался, чтобы не упасть на бок. Амату тут же оказался рядом, его рука легла мне на плечо. Я почувствовал, как его ментальное поле накрывает меня, стабилизирует, не даёт провалиться. Дыхание постепенно выровнялось, тошнота отступила. Я открыл глаза и встретился с его спокойным, сосредоточенным взглядом.