— Значит, придётся с ним разобраться, — задумался я, перебирая варианты. — Или пока торговать в другом месте, пока не наберём силу, чтобы покончить с ним.

— Да, ты прав, можно торговать не только через Галич, — согласилась Виола, загораясь идеей. — У меня есть связи с Кологривским графством, с Макарьевским, а ещё лучше сразу на Кострому выходить.

— Ладно, это ещё обсудим, — сказал я, глядя не лежащего без сознания пилота воздухолёта. — Пора идти в долину. Ты умеешь летать на этой штуке? — спросил я, кивнув в сторону ступы. — Сможешь на ней Романа перевезти?

Виола посмотрела на воздухолёт, на Романа, прикинула что-то в уме.

— Летать умею, перевезти смогу, — сказала Виола, смотря на воздухолёт. — Только надо его привязать к рулю, чтобы не свалился по дороге, — она вдруг замерла. — Макаров, а ты ведь даже не спросил, хочу ли я идти с вами в долину! И я не согласилась становиться твоим продавцом! Может, у меня вообще другие планы⁈

— Не хочешь, не иди, — усмехнулся я, оглядываясь вокруг. — Как ребята дособирают ядра — выдвигаемся, а ты решай с нами ты или нет. И вообще, если ты в себя пришла, то закончи здесь с тварями, а то Захар тут не у всех успел собрать ядра. А я пока на разведку.

Я отошёл к ближайшему плоскому камню, сел на него, положил руки на колени и закрыл глаза.

— На разведку? — переспросила Виола с недоумением в голосе. — Сидя?

— Ага, — ответил я, уже настраивая ментальное тело на выход.

— Ну ты даёшь, Макаров, — усмехнулась Виола, явно намереваясь сказать что-то едкое в мой адрес.

— Егорова, — перебил я её, не открывая глаз, — иди лучше ядра собирай.

— Ладно, разведчик, иду уже, — буркнула Виола, и я услышал, как она стала спускаться вниз по склону.

Я отключился от тела, оставив в нём минимальный контроль, и потянулся менталом вверх, к птице. Кхаран отозвался сразу, я скользнул внутрь его сознания, и мир перевернулся.

С высоты всё выглядело иначе. Фиолетовое небо стало глубже цветом, почти чёрным по краям. Солнце уже клонилось к закату, длинные тени от скал тянулись по дну ущелья.

По ту сторону гряды я увидел Захара и направил кхарана в его сторону.

Ух!

У меня закружилась голова, когда птица, сложив крылья, камнем рухнула вниз и только на расстоянии около пятнадцати метров над склоном вышла из пике, расправляя крылья для бреющего полёта.

Я сосредоточился на Захаре. Он сидел с окровавленными руками на корточках рядом с жигарем и ковырял ножом в грудной клетке твари. Дальше, метрах в двадцати, Амату тоже вскрывал жигаря в поисках ядра. А рядом с ним, стоя на коленях перед ещё одной тварью, вытаскивал ядро Костя, орудуя правой здоровой рукой.