— Ловко придумал, — оценил Захар, разглядывая завал из трупов. — Я думал, ты морозить станешь, а ты вон как через огонь.

— Не тратим время, собираем ядра, — сказал я, направляясь вглубь пещеры. — Я пока гляну, что там дальше.

Виола с Амату молча приступили к сбору, Захар тоже полез в кучу и сразу заворчал:

— До нижних не добраться — так лезли друг на друга, чтобы сдохнуть, что аж спрессовались.

Пещера оказалась неширокой — всего метра три, и через метров десять уходила вверх и вправо, постепенно сужаясь. Я прошёл вперёд метров тридцать-сорок, пригибаясь, и упёрся в развилку: один проход уходил прямо вверх под углом в сорок пять градусов, а второй сворачивал направо с более пологим подъёмом.

Интересно, куда ведут эти проходы? И происхождение их совсем непонятно — то ли от воды они образовались, то ли ирийцы или земляне тут что-то добывали, то ли их вообще проделало какое-то неведомое живое существо — горный червяк какой-нибудь ирийский или крот. Я усмехнулся от своего последнего предположения и повернул назад, к своей команде.

Трупы уже растащили, чтобы можно было вырезать ядра, и теперь в груди у каждого зияла рваная дыра от ножей. В пещере воняло палёной шерстью, горелым мясом и ещё чем-то кислым, что всегда остаётся после жигарей. Я поморщился — запах был такой, хоть противогаз надевай.

— Готово! — Захар выпрямился, вытирая нож о штанину, и протянул мне горсть ядер. — Двенадцать штук, командир. Все разноцветные, глянь: одно огненное, два водных, два земляных, сразу три металлических, два белых и… — он сделал театральную паузу и высыпал мне в ладонь ещё два небольших кристалла.

— Ого, фиолетовые, — я покрутил их в пальцах. — Ещё два ментальных, всего три стало.

— Ага, попёрло нам на ментальные, — Захар расплылся в довольной улыбке. — Умники, видать, в этой долине живут.

— Отлично, как устроимся, начнём поглощать, — сказал я, убирая фиолетовые ядра в отдельный карман.

Захар вдруг замер, вглядываясь в стену пещеры, и его глаза загорелись.

— Командир! — он схватил меня за рукав и ткнул пальцем в стену. — Смотри! Те же породы, что у нас на руднике! Серебристая вкрапленность на сером, чёрные прожилки! Видишь?

Я подошёл ближе и присмотрелся. Стена действительно была испещрена мелкими серебристыми вкраплениями, которые тускло поблёскивали в свете светца, и тонкими чёрными прожилками, уходящими куда-то вглубь скалы.

— Точно тебе говорю — где-то здесь есть ромий! — Захар аж начал подпрыгивать от возбуждения. — Может, в том проходе дальше⁈

— Здесь ромия нет, — спокойно заметила сказала Виола, оглядывая стены.