Я поймал себя на том, что снова поражаюсь этой способности — слышать чужие мысли. Так, маг — трус, и мысли у него соответствующие, не опасен, всё расскажет.

А вот этот старший совсем другое дело. Ни капли страха, только холодный расчёт. Не маг — это я точно чувствовал, — но мужик серьёзный. Воля чувствуется, сильная воля. Такой не выдаст из страха, с ним нужно по-другому. А вот земельщик… Ощущение от него нехорошее. Не только трусость, а что-то ещё, мерзкое и скользкое.

Я вскинул руку и ударил лёгкой заморозкой по магу. Холод ушёл вперёд и накрыл землевика тонкой коркой инея. Маг охнул, попытался дёрнуться и замер, не в силах пошевелить ни рукой, ни ногой и только глаза бегали, полные ужаса.

Амату сразу растворил клинок перед лицом мага, продолжая держать под кинжальной угрозой старшего. Правильно, энергию нужно экономить, маг больше не представляет угрозы.

Старший вскинул брови. Его лицо осталось спокойным, но в мыслях мелькнуло удивление: «Макаров — маг? Вепрь не говорил вообще. А вон взял и заморозил, и нож убрал. И огонь у них был, и ножи летающие, и Егорова с силовой сферой. Что же ты, Вепрь, не договариваешь своим людям⁉ За ними только наблюдать нужно было, пока основные силы не подойдут, а он атаковать заставил.»

— Правильно, командир! — одобрительно воскликнул Захар, держа на мушке ромовика старшего и кивая на замороженного мага. — А чего сурового не заморозил?

— Поговорить надо, — ответил я, останавливаясь в двух шагах от старшего. — Ты кто такой? Как зовут?

— Зовут Дёма, — спокойно ответил он, глядя мне прямо в глаза. — Десятник Вепря.

И в его мыслях тут же вспыхнуло: «Если сейчас рвануть к нему и нож к горлу, то стрельнуть не успеют. Но лезвие это, — он скосил взгляд на клинок Амату, висящий перед лицом, — быстрее будет? Или я успею?»

— Так, Дёма, — сказал я, поднимая левую ладонь, на которой клубился морозный пар, — дёргаться не советую. Заморожу в лёд.

Дёма чуть опустил подбородок, признавая аргумент. Смелый. Его держат на прицеле трое с ромовиками, плюс клинок у лица, а он ещё варианты побега рассматривает.

— Виола, — позвал я зональщицу, не оборачиваясь, — проверь его на металл. Нож у него точно есть.

Виола шагнула ближе, прищурилась, настраиваясь на свой дар.

— Нож в сапоге, — сказала она спокойно, осматривая Дёму. — Ещё что-то металлическое за поясом, похоже на оружие. В карманах небольшой металл — монеты или артефакт. В рюкзаке ромблоки, скорее всего.

— Выкидывай нож и всё остальное, Дёма, — приказал я, усмехаясь его мыслям «чёрт, как он узнал? ». — Медленно.