Я проигнорировал монолог Скуратова-Бельского. Времени на словесные дуэли не было.

— Всем к укрытиям! — рявкнул я, усиливая голос магией. — Марков, ледяные стены по периметру! Ярослава, воздушный щит!

Двери на всех четырёх башнях распахнулись одновременно. Оттуда на плац высыпали десятки бойцов в чёрной форме, волоча за собой мобильные баллистические щиты — полутораметровые керамические пластины на колёсах. На крышах административного здания и башен материализовались дополнительные снайперы, занимая позиции за бетонными выступами. Из земли с механическим скрежетом выдвинулось несколько замаскированных огневых точек.

Зелья Зарецкого сработали идеально — время словно замедлилось. Я видел каждую пулю, летящую к нам, мог различить их вращение в воздухе. Инстинктивно выбросил руки вперёд, пытаясь схватить металл своей волей. Но магия соскользнула с гладких снарядов, не находя зацепки. За долю секунды, растянувшуюся в моём восприятии до вечности, я понял — керамика.

Ублюдки хорошо подготовились.

В то же мгновение я направил свою волю под ноги, и площадь буквально взорвалась. Каменные щиты вздыбились, как при землетрясении, вырастая трёхметровыми барьерами перед моими людьми и опережая пули на долю секунды. Керамические пули с хрустом впивались в камень, выбивая куски, но не пробивая насквозь. Я успел — большая часть отряда оказалась в укрытии, лишь несколько вскрикнули от попаданий. Куда именно прилетело, смотреть было некогда.

С башен полетели гранаты. Пластиковые корпуса — опять мимо моего контроля над металлом. Взрывы забросали площадь чёрными осколками обсидиана. Марина вскрикнула, когда острый кусок вулканического стекла распорол ей бедро.

В этот момент по сознанию ударила ментальная атака. Чужая воля вклинилась в мой разум как раскалённый гвоздь, пытаясь разорвать концентрацию. Вокруг меня бойцы схватились за головы — их тоже атаковали. Кто-то из Северных Волков упал на колени, скуля от боли.

Крепость духа!

Магический щит окутал наши разумы, отсекая ментальное вторжение, но требовалось кое-что ещё. Слишком уж ошеломило моих бойцов это внезапное нападение.

Тогда я обратился кИмператорской воле, и власть хлынула из меня волной, накрывая и врагов, и союзников. Власть наполнила горло, превращая слова в оружие.

—БЕГИТЕ, ПОКА МОЖЕТЕ! — прорычал я, направляя голос на башни. —ВЫ УЖЕ МЕРТВЫ!

Наполненные яростью и презрением слова ударили по чужому сознанию. Слабые духом враги на башнях попятились в ужасе, некоторые выронили оружие. Двое вообще развернулись и побежали прочь.

—МЫ СИЛЬНЕЕ ИХ! — голос разнёсся по площади, проникая в души моих бойцов. —ДЕРЖАТЬ СТРОЙ!