Мои люди распрямили плечи, стряхивая ментальное воздействие как надоедливую муху. В их глазах загорелась решимость, руки перестали дрожать. Даже раненые поднялись на ноги, сжимая оружие.

С башен взвыли звуковые излучатели. Низкочастотный гул проникал в кости, заставляя зубы ныть, а желудок скручиваться в узел. Концентрироваться на магии стало крайне тяжело — звук разбивал мысли на осколки.

— Вы всё ещё не понимаете безнадёжности вашего положения, Платонов, — голос Скуратова прорезался сквозь вой излучателей. — За каждую секунду вашего сопротивления будет казнён один житель Угрюма. Мои люди уже выехали к вашему поселению…

Блеф, но он мог бы подействовать на слабого духом.

— … А если вы не сложите оружие через пять минут, я взорву эту базу вместе со всеми пленниками внутри. Семья Вдовина умрёт по вашей вине.

Оставив без ответа эту ахинею, я кое-как усилил каменные щиты, вытягивая из земли новые слои породы и преодолевая акустическую атаку, что сверлом ввинчивалась в мозги. Металл здесь был бесполезен — враг учёл мою специализацию. Пришлось полагаться на другую стихию, которая требовала чуть больше энергии.

Краем глаза я видел, как Михаил вытащил раненого бойца Северных Волков из-под обстрела, волоча его к стене, а потом тут же вернулся обратно за следующим.

Ярослава, стиснув зубы от звукового воздействия, воздела руки к небу. Воздух закрутился в мощный вихрь, но излучатели мешали ей удерживать контроль. Траектории части пуль искривились, но торнадо то усиливался, то слабел. Рыжие волосы княжны липли к вспотевшему лбу от напряжения.

Марков, криомант Северных Волков, хлопнул ладонями перед собой. Из бетона вырвались ледяные барьеры, но звуковые волны заставили его магию дрогнуть. Стены получились кривыми, в некоторых местах слишком тонкими. Керамические пули пробивали тонкий лёд, но хотя бы замедлялись.

Марья уже методично снимала снайперов — четыре выстрела, четыре трупа, перезарядка на ходу.

Однако на этом поток плохих новостей не закончился.

Двери больничного корпуса взорвались изнутри с такой силой, что осколки долетели до наших позиций. Из проёма вывалилось нечто, от вида которого даже у меня перехватило дыхание. Гибрид медведя и волка размером с небольшой грузовик, покрытый костяными наростами. Четыре мощные лапы заканчивались когтями из Холодного железа, которые высекали искры о бетон, оставляя в нём глубокие борозды.

Не Бездушный, нет… Боевая химера. Подобный почерк мне был хорошо знаком — только весьма искусный маг-химеролог мог сшить живые ткани разных существ в единое целое. В прошлой жизни я видел такие творения.