Повисла тишина. Собравшиеся переглянулись, оценивая услышанное. Идея не просто провести военную компанию, но и захватить соседнее княжество вызвала у собравшихся лёгкое удивление. Так в Содружестве дела не делались. По крайней мере, до моего появления.

Ленский первым нарушил молчание:

— Ваша Светлость, позвольте вопрос, — он выпрямился на стуле, привычка военного. — Вы продемонстрировали свою силу в Астрахани. Почему бы не решить вопрос лично? Один удар — и Муром перестанет существовать как угроза.

Я ждал этого вопроса. Более того — удивился бы, если бы его не задали.

— Три причины, — ответил я, загибая пальцы. — Первая: тренировка армии. Наши новые части и боярское ополчение — никогда не действовали вместе в реальном бою. Учения показали неплохие результаты, но учения — это не война. Нам нужна обкатка взаимодействия, и Муром — идеальная возможность. Терехов силён, но не настолько, чтобы представлять реальную угрозу для нашей армии.

Буйносов-Ростовский кивнул, и я увидел в его глазах понимание. Генерал знал цену учебных манёвров и цену настоящего боя.

— Вторая причина, — продолжил я, — политическая легитимность. Если я лично уничтожу Муром, это будет выглядеть как произвол тирана. Один человек стёр с лица земли целый город — такие истории порождают страх, а страх порождает союзы против того, кого боятся. Армейская кампания — совсем другое дело. Это государственное возмездие за, фактически, акт агрессии, равноценный объявлению войны. Законное, обоснованное, поддержанное Боярской думой.

— И третья? — спросил Крылов, его пальцы замерли на столешнице.

— Демонстрация силы. Но не моей личной — это князья Содружества уже видели. Им нужно увидеть другое: что у Владимира есть боеспособная армия. Что мы можем проецировать силу не только через одного могущественного мага, но через организованные воинские части. Что нападение на наше княжество повлечёт ответ всей военной машины, а не только гнев правителя.

Коршунов хмыкнул:

— Мне даже жалко того, кто после этого решит с нами связаться.

Я позволил себе короткую усмешку.

— Именно. Теперь к составу армии. Афанасий Петрович, доложите о готовности.

Буйносов-Ростовский поднялся, откашлялся и расправил плечи.

— Три полка из крепостей-гарнизонов — суммарно около шести тысяч штыков. Первый и третий полки полностью укомплектованы и готовы к маршу. Второй — под командованием полковника Ленского — завершает подготовку. Три артиллерийские роты — тридцать орудий, включая новые гаубицы и миномёты из наших арсеналов. Личная гвардия князя — девяносто человек под командованием Федота Севастьяновича, — вежливый кивок командиру подразделения. — Боярское ополчение — около трёхсот магов разных рангов, будут рассредоточены по подразделениям для их усиления.