На западе Бездушные шли через руины пригорода, разрушенного в первые сутки осады. Обугленные скелеты зданий, торчащие из мёрзлой грязи, как рёбра мертвеца, замедляли движение тварей, и башенки на стенах били прицельно в узкие проходы между развалинами, превращая каждую улицу в зону смерти. Бронетехника стояла в пока ещё открытых воротах западного сектора, и танки стреляли магоусиленными снарядами по скоплениям, стараясь выцеливать Жнецов и раскидывая тварей на десятки метров от точки попадания.

* * *

Хлад не приближался. Я заметил это через десять минут после начала штурма, когда увидел, что массивная фигура лишь немного сместилась от руин Чёрного Вигвама. Для существа, способного преодолеть это расстояние за считаные минуты, такая неспешность выглядела нарочитой.

Что-то удерживало его там, у кратера, где по-прежнему функционировал портал за Грань. Привязка к порталу? Страх удалиться от источника подкреплений? Или он выжидал, позволяя армии исполнить свою работу, и берёг себя для финального удара? Ответа у меня не было, и я оставил вопрос в голове, как зарубку, вернувшись к тому, что требовало внимания прямо сейчас.

* * *

Море Бездушных затопило подступы к Детройту, и волны некроплоти бились о стены, как прибой о скалы. Живые лестницы росли одна за другой: твари карабкались по телам павших, а павших становилось всё больше по мере того, как защитники стреляли вниз, наращивая слой неподвижных мёртвецов у основания. Парадокс осады: чем больше врагов ты убиваешь, тем выше поднимаются их осадные лестницы и башни.

Барьер держался, но рябил. То тут, то там возникали микро-разрывы, мерцающие прорехи, через которые на стены проникали одиночные Стриги и Трухляки. Защитники уничтожали их, и камень стен покрывался чёрной слизью. Порой бойцы скользили в нём, матерясь и падая, но с этим мало что можно было поделать.

Сигурд Эрикссон, с правой рукой в повязке и секирой Хакона Одноглазого в здоровой левой, рубил Стригу на северо-западном участке. Рыцари Ордена, закованные в Сумеречную сталь, держали самые уязвимые места, работая парами. Гвардейцы Прохора во главе с Федотом стреляли со стен, перезаряжая штуцеры и пулемёты с отточенной быстротой, и каждый выстрел ложился в цель. Бойцы Детройта в тактических экзоскелетах, титановые каркасы которых мерцали кристаллами Эссенции, работали кулаками и встроенными стволами, разрывая хитин и перфорируя некроплоть с механической точностью.Рудные гомункулы Прохора дежурили на парапетах, металлические их пасти перехватывали тварей, которые подбирались снизу, рвали их и сбрасывали обратно.