Я попробовал дать цепочку Ригарду. Огонь действительно погас.
— Носите его на запястье, и он будет блокировать ментальное воздействие, — посоветовала Келидана.
Так как менталов я опасаюсь, то последовал совету женщины, хоть и не люблю подобные фенечки.
Собираем вещи Келиданы. А неплохо рабыня живет! Два десятка одних артефактов только! Половина из них, хоть и разряжены, но весьма тонкой работы. Вот эта заколка — лечебный артефакт из империи Аками, клеймо их вижу. Ценности отбираю — не положено рабу ничего своего иметь! Зашли ещё в лавку, купили кое-что по мелочи и встал вопрос — где спать рабыне? В общей комнате, где все мы спим? Я планировал без часовых обойтись, а теперь придётся выставлять дежурство. Ханитра может и авторитет для рабыни, но я пока Келидане не доверяю. Думал, хоть ночевкой в компании полудюжины мужчин она возмутится опять, но рабыня после демонстрации знака королевы ведёт себя образцово. Свернулась калачиком и уснула. Может и вправду воевала? Капитан искателя — это как полутысячник, или комбат по земному.
Утром опять в путь, на этот раз расширенным составом. Одно плохо — наездник из Келиданы никакой. Нет на её родине даже конницы как таковой. Архипелаг их, за исключением столичного острова, почти весь горный. Поэтому и проехали мы меньше, чем планировали.
— Где ночевать-то будем граф? — задаёт вопрос Ригард.
Логично, чё? Я старший среди них, они — мои подчинённые. Коней, минимум, напоить надо.
— Колодец где ближайший? Карту смотрел? Вот туда и правь, — ворчу я.
В степи дорог нет, есть направления. Сверившись с картой, мы под лучами заходящего солнца сошли с маршрута. Вскоре впереди возникли совершенно неожиданно (ведь обзор в степи хороший) шатры какого-то кочевья.
— Всё в порядке, граф, это барон Болипсей со своим родом кочует по своим землям, они рады будут оказать услугу империи. Можем встать рядом, колодец есть, — доложил разведчик Джун.
Спешились. Располагаемся. Выставили часового, набрали воды, обиходили коней. Народу мало у барона. Кочевники — они того,… кочуют. Почти всё мужское население уехало на войну — когда ещё будет такая возможность пограбить? Местная мелюзга сначала опасалась приближаться к нашим палаткам, а затем осмелела. Сидим у костра вместе с Хисаном и Ригардом, пьём чай, едим лепешки с мёдом из моего хутора, наслаждаемся отдыхом. Лепёшки разделены на кусочки и завернуты в какие-то листья, которые тоже вполне съедобны, но назначение у них другое — не дают продукту черстветь. Вкусно!
— Дядя, а если дать вашему коню воды, он не укусит? — спрашивает мелкая и чумазая девочка лет пяти.