Сразу после ужина я отправился спать, поставив будильник на одиннадцать тридцать. Ночка, чувствую, будет весёлой…

Полночь встретила меня холодным ветром. Кретов уже ждал у здания «Быстрофото», стоя в тени арки спиной к дороге. Он водил перед собой фокусирующим кристаллом, и в белом эфирном облачке перед ним я угадал очертания женского лица.

Вдруг вспомнил, что видел такую же сцену в тот день, когда впервые приехал в отделение. Но теперь я узнал лицо — это была та самая женщина, чей облик принял Пожиратель снов. Жена Кретова, которой, насколько я понял, уже не было в живых.

Услышав мои шаги, Дмитрий убрал фокус в карман и повернулся.

— Ты вовремя, — сказал он.

Я кивнул, доставая из висящей на плече сумки две обсидиановых пирамидки. Место руны гнева пульсировало даже ночью, как эфирный шрам на теле города.

— Пойдём туда, — наставник указал в переулок. — А то здесь даже ночью пешеходы есть.

Мы зашли в переулок, где не было фонарей. Дмитрий создал плетение, которое разогнало тьму, но только для нас с ним. Прочие люди не могли заметить эфирный свет.

— Начнём, — сказал Кретов.

Мы красным мелом начертили на асфальте ритуальный круг. Я поставил пирамиды в нужные места и впустил в них эфир.

Дмитрий заранее предупредил меня, как будет выглядеть ритуал, и я успел прочитать о нём в учебнике. Поэтому лишних вопросов никто не задавал.

Мы синхронно подняли руки, выпуская потоки энергии. Синие и золотые нити сплелись над кругом, создавая подобие овального портала. Воздух загудел, закрутились вихри пыли.

— Выходи! — приказал Кретов, увеличивая напор.

Пирамиды взорвались светом. Из «портала» вдруг появился эфемер гнева — но такого большого и с такой сильной аурой я раньше никогда не видел. А уже через мгновение дух изменил облик и материализовался.

Он превратился в существо, напоминающее гибрид дикобраза и тигра. Иглы на спине дымились алым дымом, глаза были чёрными, как две угольные ямы.

Из глотки вырвался низкий рык, и во все стороны от эфемера ударила волна силы.

— Чёрт! — Кретов рванул нити на себя, пытаясь удержать плетение. — Давай, изгоняй его!

Я начал создавать Сеть Сияния. Она уже доказала свою эффективность против злых духов. Так было проще, чем заниматься подбором плетения под конкретного эфемера.

Тварь взревела, бросившись на барьер. Несколько ударов лапами — и круг треснул, выбросив волну энергии. Меня отбросило к стене, обсидиановые пирамиды с треском лопнули.

— Держись! — заорал Кретов, но эфемер не стал нас атаковать.

Вновь обратившись в большой шипастый шар, он рванул вверх и затем в сторону. Плетение Дмитрия пролетело мимо, как и моя не до конца сформированная Сеть.