— Вот оно как… — застыл Кот.

— Ну, а теперь я хочу задать вопрос: как там дела в Империи? Почему до сих пор не восстановлены транспортные пути? — спросил Алис’Н’Тэр.

— Тебе откровенно? — еле сдерживаясь, спросил Кот, понявший, с чьей именно «лёгкой руки» и пришла вся эта всепожирающая волна.

— Конечно! — удивился ИскИн. — Я же с тобой откровенно говорил!

— Тогда у меня несколько новостей, и все они плохие. — стиснул зубы Кот. — Во-первых: Империи Аргон как таковой больше нет. На её территориях сейчас есть множество государств, друг с другом воюющих, чьё население давно забыло и про саму Империю, и про её Императора, считая себя «конфедератами», «монархами» и ещё целым множеством самоназваний! Ещё есть целая куча её разобщённых отдельных осколков, вроде этой твоей лаборатории, где отчего-то считают, что всё идёт по-прежнему и продолжают выполнять полученные очень давно приказы! Во-вторых: Император Ири’Н’Сан, оцифровавшись, куда-то пропал, и появляется лишь изредка, некоторым, таким как я, жалуя полномочия «Руки Императора», которые нигде, кроме как в таких, как твой, осколках не действуют и озадачивает своих «новых Рук» невыполнимой миссией «восстановить Империю»! И, в-третьих, твои «девочки» сейчас являются настоящим бичом человечества! Они ничего не восстанавливают, напротив, они просто выжирают отдельные миры и целые звёздные системы! Выжирают и идут дальше, волной, оставляя за собой лишь пустоту!

— Может, они просто были очень-очень голодными и просили покушать? — приоткрыла один глаз дремавшая до этого Роя. — А их не поняли и начали обижать. Сестрёнки ведь не могут уже разговаривать, не видят, что происходит и даже не могут осознать ошибку. Они ведь ориентируются на то, что им детки передают, и просто знают, что их деток обижают, и делают так, чтобы их больше не обижали! А ещё запоминают, кто и как их обидел, и в следующий раз сами, заранее, эту угрозу устраняют.

— Целые полчища, тысячи, десятки тысяч жуков! Вот такие они, эти ваши Ульи! — зло выдал Кот.

— Ну, может, они уже совсем-совсем дикими стали. — Роя, проснувшись, включилась в разговор. — Когда очень голодно, очень-очень, то много что забывать начинаешь, всего одна мысль остаётся: покушать! А когда покушаешь, то понимаешь, что что-то забылось, но это я понимаю, сестрёнки уже, наверное, нет. И всегда хочется кушать ещё, впрок, чтобы потом от голода не было так тяжело. Я так однажды забыла вторую вариативную последовательность первого цикла, и ты, дедушка, меня за это ругать стал. Помнишь? — «девочка» вздохнула и придвинулась ближе к Коту. — Папа… ты ведь меня теперь не бросишь? Не откажешься? Я себя хорошо-хорошо контролирую, я не хочу становиться слепой, глухой и неразумной королевой, которая хочет всех скушать!