И племянник, и Михель Цеберинг должны были волноваться.
— Завтра же поутру поезжайте в Мален, там поговорите с теми, кто покупает уголь и доски. Нужны твёрдые цены. — Сказал Волков. — Возьмите с собой монаха, брата Семиона. Он премудр. Нужно всё посчитать, как следует.
— Я уже говорил, дядя, цех оружейников-латников готов брать уголь, они же взяли у нас первую партию. — Говорил Бруно. — А ещё один купец готов у нас забирать весь уголь по тридцать четыре крейцера.
— Один цех и хитрый купчишка, что готов у вас покупать товар задёшево? — Волков поглядел на юношу и скривился. — Да вы, мой дорогой родственник, дурень! Город кишит кузнецами, там несколько цехов и даже коммун, которые покупают уголь. Полгорода — это кузни. Так узнайте, почём будут брать самые крупные цеха. А этого хитрого купчишку, что обещает вам тридцать четыре крейцера, посылайте к чёрту.
— Я выясню, дядя. — Говорил племянник так, как будто пытался запомнить указания. — А купчишку, значит, к чёрту…
— Вы платили ввозной сбор, когда провозили товары в город?
— Платили, дядя.
— Сержант на воротах не спрашивал вас о земельных пошлинах?
— Нет, не спрашивал.
— Если повезёте целыми обозами — спросит, нужно выведать у местных купцов, как получить бумаги от таможенников, узнайте в городе, кто этим промышляет, всегда есть люди, с которыми можно договориться, ищите таких людей.
— Да, дядя. — Мальчишка кивал, но вид у него был такой, что готов он был, кажется, запаниковать. Уж больно много ответственности для его лет выпало ему.
Но кавалер не собирался его жалеть или щадить. Сам он в его возрасте пошёл в солдаты и в этом своём тяжком ремесле он не встретил ни одного человека, что его пожалел. Ничего, разберётся, брат Ипполит говорил, что он смышлён и хорош в цифрах, а значит, разберётся. Тот, кто дружен с цифрами, во всём разберётся.
Они уже дошли до пристани, кавалер сделал знак Брюнхвальду, что надо уходить, потом повернулся к капитану Тайленриху:
— Спасибо, капитан.
— Рад был услужить вам, господин фон Эшбахт, — сказал капитан кланяясь.
Волков не поспешил сесть в лодку, он огляделся и спросил капитана:
— Много народа, баржи, лодки, весь пирс завален товарами, бочки и тюки всюду, словно весна. Купчишки у вас что, и зимой торгуют?
— Да, река в наших местах не замерзает, торговля идёт круглый год. Сейчас император с королём снова воюют, а по весне говорят, так ещё жарче война пойдёт, вот все готовятся, ежедневно одной солонины вниз по реке уходит целая баржа, не считая всякого иного.
— Значит, процветают купцы местные? — Продолжал расспросы Волков.