— Господин мой, — она обвила его рукой за шею, стала целовать.
— Погодите, Бригитт, я просто спать пришёл, — сказал он.
— Конечно-конечно, идите в мою постель, — сразу сказала она и повела к своей кровати.
Кровать у неё была узкая, не то, что в его спальне. Красавица была рядом, прикасалась к нему, была она горяча, как печка, жарко с ней было лежать под перинами. Она прислонялась к нему, гладила его по лицу и целовала. И шептала при этом:
— Спите, мой господин, спите. Жарко вам, так я откину перину.
— Бригитт, — произнёс он, перед тем как заснуть.
— Что, господин?
— Я убью Шоуберга, убью свинью.
— И поделом псу, пусть не зарится на чужое. — Сразу ответила госпожа Ланге. — А то он, небось, ваше поместье уже под себя примеряет.
— Ты уж уговори его, чтобы он приехал.
— Уговорю господин, уговорю, они с Элеонорой мне верят. Не волнуйтесь, спите, мой господин.
Глава 36
Утром, ещё до завтрака, что-то бахнуло невдалеке. Волков удивлённо уставился на Максимилиана.
— Капитан Пруфф. Вчера вечером порох привёз, видно, решил поучить людей своих. — Сразу догадался тот.
— Болван, он что, на околице палит? — Выругался Волков, он не хотел, что бы все купчишки, что приезжают в Эшбахт, знали про его пушки, эдак, и горцы про них узнают через три дня. — Ступайте, найдите его и скажите, что бы отъехал подальше от деревни.
Роха никогда так близко свои учения не проводил, он забирался в один большой овраг на востоке от Эшбахта и там упражнял своих людей в построениях и стрельбе, иной раз за день расстреливая пол бочонка пороха, но об этом мало кто знал. А это старый дурень… Ещё бы прямо у дома его стрелять бы начал.
Жена спустилась к завтраку, как и обычно, едва удостоив приветствием и его, и госпожу Ланге. Ей, кажется, было всё равно, где ночевал муж, а может, она и не знала, что он не спал сегодня в своей постели. Всё было как обычно.
И когда дворовая баба стала носить еду на стол, кавалер сказал:
— Я уеду на несколько дней, может, на пять дней, а вы, госпожа Ланге, сегодня езжайте в Мален, купите мне вина.
— Какого вина купить, господин? — Спросила Бригитт.
— Токайского, — ответил он.
— Хорошо, у нас ещё и базилик закончился, — произнесла госпожа Ланге, — как позавтракаю, так и поеду.
А госпожа Эшбахт так вся в лице переменилась. Кажется, заторопилась куда-то, кажется, и завтрак ей не нужен. Она что-то шепнула Бригитт, вышла из-за стола и пошла наверх.
— Пошла письмо писать, — прошептала Бригитт.
Он ждать жену не стал, ушла и ушла, завтракал без неё. И Бригитт тоже ела, хотя и не так, как обычно, почти без аппетита, Волков понял, что красавица немного волнуется. Когда он выходил из-за стола, так он украдкой сжал её руку, ободрить хотел, чтобы она не волновалась. Оставил ей денег в талер мелочью, а на выходе сказал: