— Стефана держат где-то в Эдеа. Тут замешан один из наследных принцев императора. Ему нужна сила, чтобы занять престол. И для этого ему нужен Стефан и Архитектор. И у него есть и то, и другое.

— Архитектор? — режим тупых переспрашиваний активирован.

— Ты даже этого не знаешь? — удивился Стефан. — Не слышал про Архитектора? Ладно, неважно. Спроси любую собаку на улице, тебе расскажут. Найди Стефана, вытащи его, если сможешь. Но прошу, не говори Мэйси, что ее отец, возможно, жив. Не давай ей эту надежду.

— То есть ты, сон человека, который отправил клич о помощи, предлагаешь мне влезть в заварушку против империи, рискуя своей шкурой, но вот дочку твою не приплетать, да? Мол, если сам сдохнешь, то насрать. Знаешь, я был в пыточных казематах у этих ребят, не горю желанием возвращаться. Очень хотел бы тебе помочь, честно, но ты явно переоцениваешь мои силы.

— Знаю, — вздохнул Стефан. — Ни мне, ни настоящему мне нечего было предложить потенциальному спасителю, кроме благодарности. Но ты другое дело. Ты потерял свой сон, я это вижу.

— О, — закатил я глаза. — Точно. Я и забыл, ты же, наверняка, еще и превосходный ловец снов.

— Зря смеешься. Можешь спросить у Мэйси, кем на самом деле был ее отец. Я не ловлю сны, я их творю. И еще я творю пути там, где их нет.

— И что?

— Стефан может проложить дорогу к твоему потерянному сну, где бы тот ни находился. А еще тебя ищет человек с татуировкой Шики на лице. И Стефан может проложить путь и к нему. Но он вряд ли это сделает, если с его дочерью что-то случится.

— Откуда ты знаешь про человека с татуировкой? — если бы испытание было на спокойствие, я бы его уже провалил.

— Когда сотворишь тысячу-другую снов, начнешь легко разбираться в таких вещах. Даже я на глаз могу сказать, что у тебя сейчас есть свой сон, но он не твой. Тебе его подсунули, подменили, чтобы запутать. А твой настоящий сон у тебя забрали и спрятали.

— И кто это сделал, ты знаешь?

— Я впервые такое вижу. Но я давно отрезан от Стефана, так что мог и упустить что-то в мире наяву. Но в калейдоскопе я постоянно и такое вижу впервые. Ты ловец с двумя снами одновременно.

— И при этом у меня нет ни одного.

— Вот тебе слово, чтобы ты понял, что я не вру. Твой новый сон сотворен недавно. Он настолько мал и слаб, что его практически невозможно увидеть. Но испытание — это в том числе и катализатор. Это ритуал, устанавливающий связь с калейдоскопом. Как договор со сновидением, только сильнее и между ловцом и всем миром снов.

— И что это значит?

— Это значит, что завтра у тебя появится сон. Лунатик станет ловцом, Бион научится накидывать свой сон наяву, а Мэйси наконец сможет рисовать эфиром. И все это случится завтра. Это такая же истина, как и то, что наследник императора заключил сделку с Архитектором.