— Отец Сумрака, — прошипел Йозеф у нас из-за спины.

Краем глаза я заметил, что он тоже вошел в круг, хотя до этого не решался. Но на ремесленника мне было плевать, все-таки тут было существо поважнее. Но я все же заметил проявившееся сновидение Йозефа.

Это был какой-то огромный саквояж, больше похожий на вытянутый шкаф. В него как раз мог бы поместиться худой человек, только вот створки были наглухо закрыты. Шкаф просто плыл в воздухе за спиной ловца.

— Чего тебе от меня надо? — обернулся я к Отцу Сумрака.

— Это скорее тебе от меня кое-что надо.

Из-за спины Отца вальяжно, но грациозно выступило сновидение. Тишки-етишки, сегодня точно не тот день, когда я перестану удивляться. Потому что сновидением Отца был огромный кошак с густой шерстью и небольшой гривой.

Только шерсть была не цвета слоновой кости, а скорее пепельно-серой. Впрочем, из-за мантии ловца все вокруг принимало болотистый оттенок.

— Это Скай? — прошептал Хоуп, удивившись не меньше меня.

— Я похож на этого слабака? — прорычало сновидение.

— Ты похож на поросший мхом валенок, — ответил я. Почему-то его фраза задела меня.

— А может вскрыть тебе брюхо и выпотрошить? — блеснули длинные клыки, как у саблезубых тигров.

— Таши, — произнес Отец спокойно.

Кот фыркнул, прорычал, посверлил нас взглядом и отвернулся. Улегся на камень, словно потерял к нам интерес.

— Отец, — прошептал сзади Йозеф. — Эта тварь похуже Архитектора будет. Он отравляет оба мира одним своим присутствием.

— Помолчи, — Отец ударил посохом о камень.

И на одно краткое мгновение все руны на нем замерли, вспыхнули и раздались в стороны, образуя вокруг фигуры ловца подобие сферы. Но прежде, чем они успели растаять, вокруг Йозефа заклубился зеленый туман.

Я только успел обернуться, как туман уже принял форму железного саркофага из какого-то зеленоватого металла. Огромный, в человеческий рост, он запер в себе Йозефа. И все бы ничего, но этот саркофаг был похож на ежа из-за десятков клинков.

Я только успел дернуться, как клинки пробили железо насквозь и вышли со всех сторон уже окровавленными. Синхронно, быстро, в одно мгновение запертого Йозефа изрешетили какой-то невообразимой магией.

— Ты убил его, — произнес я растерянно.

— Брось, — отмахнулся Отец. — Детей ректора таким пустяком не убьешь.

— Что?

Спокойный Лаэр проигрывает удивленному со счетом два-ноль.

— Каюсь, грешен, — раздался звонкий смех Йозефа где-то позади.

Я вновь обернулся, да какого пресвятого хрена тут происходит? Йозеф вновь входил в круг камней целый и невредимый. Разве что одежда вся в дырах и кровавых пятнах. Но тело с виду вообще целое.