— Поверьте, я приврала только чтобы взять интервью, — повторяю и, не отводя взгляда, смотрю ему прямо в глаза.

Я как могу сигнализирую, что не вру.

— Именно в тот день, когда Ворон решил напасть, ты появилась на горизонте, — хмыкнув, мужчина резко отпускает меня.

Что?

Они что, связали меня с нападавшими?

— Нет, послушайте, я ничего не знала и не знаю, кто этот ваш Ворон, — сразу расставляю ориентиры, а Макс в ответ лишь поднимает руку.

Боги… мужчины сходятся, становясь лицом друг к другу, а я опять кошусь. Только уже не на стол, а на ванну.

Я ведь фильмы смотрела и прекрасно понимаю, для чего она здесь. Если я сейчас увижу на ней следы крови, то паника окончательно захватит мой разум безвозвратно. А пока я изо всех сил стараюсь мыслить здраво, и то, что я имею на руках, скажем так, совсем не радует.

Два бандита приволокли меня сюда, связали и теперь подозревают в покушении на одного из них. Не меня, конечно, но считают, что я могу быть соучастницей. А это очень паршиво.

— Толкач, проверить за такое короткое время я не успею, — весомо произносит Макс. — Она по-любому свидетель.

— Но она могла случайно оказаться именно тогда рядом, когда Ворон решил напасть. Тебе, сука, не кажется? — раздражённо отвечает Влад. — Мочить направо и налево всех мы не будем. Лишнее внимание сейчас ни к чему.

— А лишние уши к чему? — мрачно тянет он.

От этих слов у меня внутри всё болезненно сжимается.

— Брось, — фыркает Влад и, подойдя ко мне, поднимает стул, так что я вновь оказываюсь сидящей, а не корячусь на холодном бетонном полу. — Лера, детка, ты чертовски не вовремя всплыла, так что тебе придётся немного погостить у нас, — улыбаясь произносит Влад.

И в его глазах вспыхивает какой-то дикий огонёк. А я невольно задерживаю дыхание. Это же чудесно. Гостить хоть где-нибудь — это значит жить.

Когда мужчина принимается меня развязывать, я вообще воодушевляюсь и цепляюсь за эту мысль как за спасательный круг. Надеюсь, что мы как можно быстрее уйдём отсюда.

Как только мои руки оказываются свободными, я быстро застёгиваю джинсы и накидываю рубашку обратно, поспешно запахиваясь ею. Встаю со стула и отхожу на пару шагов от мужчин.

Затравленно смотрю то на одного, то на другого. Вот теперь я хотя бы могу попытаться постоять за себя. Они ещё не знают, какими острыми бывают ногти, покрытые гель-лаком. Но ничего. Если понадобится — узнают.

— Детка, по глазам вижу, что ты задумала какую-то глупость, — ласково произносит Влад. — Иди-ка сюда, Лера, — манит он меня пальцем.

Но я не готова так быстро вновь попадать в полную зависимость. Вот другая бы на моём месте наверняка не нарывалась, а я — нет.