Остальные два дня у нас ушли на репетиции. Хотя, не особо напряжённый график был. Мы и по Москве погулять успели. Но уже на разные театры и прочие места досуга у нас времени не осталось. Ещё и в ресторан перестали спускаться. Всё-таки пока не стоило раздражать высокие советские власти выступлениями там. Они это не любили. И так неплохо отметились. Зато вот по телевизору, хоть и не все серии из шести, так и отрывками, «Как закалялась сталь» посмотрели. Да, понравилось! Хотя, давно забытое старое!

Вечером шестого ноября состоялся и сам праздничный концерт. Меня с песней «А река течёт» выпустили почти в самом начале. Надо же, и ведь не про революцию, но разрешили:

— Сядем с отцом, сядем вдвоём,

На крылечке до утра, до утра.

Поговорим о том, о сём,

Просто так, для души, до утра.

Хоть и не по теме, получилось вполне трогательно. Я был в гражданской одежде, но с зелёной фуражкой. Разрешили! Я же пограничник! И на груди у меня блестели награды! Но, вообще-то, редко у кого, даже у бывалых фронтовиков, не считая разных больших начальников, встретишь два ордена «Красной Звезды» и медаль «За отвагу»! Сразу видно, что боевые! Жаль, что родители Вячеслава умерли так рано! Мне самому поговорить не с кем!

Зал принял песню тепло. Да, не ожидал! Но, на этот раз, как в мае, никто не позволил мне, ага, развернуться…

Сильно блеснула в середине Инга. Песня о Че Геваре тронула весь зал. На этот раз и вид у неё был грозный и трогательный. За спиной моей жены виднелся настоящий АКМ, пусть испорченный, а через шею висели ясельки с Никитой. И наш сын спокойно взирал на зал. Хотя, всё как бы в клипе, оставшейся в моей памяти. Я и сам сидел на тумбе с гитарой в руках и подыгрывал оркестру, и сбоку у меня висели ясельки с Наташей. Но и у меня за спиной виднелся грозный АКМ! И портрет пламенного революционера на сцене висел, и в конце песни прозвучал и небольшой отрывок из его выступления. Да, красиво получилось. Нам, точнее, Инге, грозно спевшей песню, рукоплескали очень сильно. Пришлось исполнить её ещё раз. Но мы сильнее удивили зал ещё и с яростной «El pueblo unido». Нас грозно поддержал и мужской хор. Ещё и ведущий сначала объявление сделал, что в знак солидарности с чилийскими товарищами и памяти о замученном военной хунтой великом чилийском поэте Викторе Харе. Получилось очень сильно. Яростный и в то же время и нежный голос Инги очень трогательно вплёлся в грозный мужской хор. Нам рукоплескали намного сильнее. Зал искренне вскипел в сильном негодовании. Конечно, и тут нам пришлось выступить во второй раз. Как нам сообщили, и сам дорогой Ильич, и многие ответственные товарищи, и важные иностранные гости присутствовали на концерте. Так что, мы тут не просто песенки пели и услаждали слух важных лиц, а участвовали в важном и нужном политическом мероприятии.