— Это откуда и куда такая красота направляется?

— Где переулок Крывоколенный дом двенадцать квартира чтыре. Андестенд? — спросила Вырка.

— Ууу… — ответил ей первый. — Очень далеко, но ты иди посиди с нами, отдохни. А мы потом проводим. Пацаны, налейте девушке!

Он бесцеремонно положил Вырке на голое плечо руку, она посмотрела ему в глаза: затуманенный взгляд не обещал ничего хорошего. Ей протянули прозрачный стакан, по ноздрям дало жутким обжигающим запахом.

— Садись давай, сестренка, не обидим! — парень стал давить Вырке на плечи, вынуждая сесть на скамейку.

Вырка плеснула ему в лицо жидкостью из стакана, вывернулась и припустила, куда глаза глядят.

За спиной слышались ругательства и крики.

— Держи ее, мужики! — донеслось до ушей.

Кто бы подумал, что дочь предводителей орков Вырра будет с позором бегать от горстки гоблинов? Не оглядываясь назад, она драпала во все лопатки, задыхаясь и умирая от жажды.

Случайно Вырка выскочила на большую улицу. Перед носом молниями пролетали одна за другой машины. Неподалеку светилась вывеска с изображением кружки, тарелки с едой и морды непонятного животного. В открытой двери проглядывалась лестница, ведущая вниз. Она забежала в дверь и тут же кубарем слетела по ступенькам, вцепившись в сумку.

В темном помещение пахло едой. «Похоже на харчевню», подумала Вырка, оглядываясь вокруг. Несколько столов, стойка для выдачи еды.

— Вот это влёт! — услышала она язвительный комментарий и следом за ним дружный хохот. Вырку с интересом рассматривало несколько пар любопытных глаз.

«Опять мужики!», — подумала Вырка, но как ни в чем ни бывало выпрямилась, поправила корсетик, не подавая виду, что больно ушибла бок, и с важным видом подошла к стойке, за которой никого не было.

— Пить! — крикнула она и постучала рукой по стойке. — Эй, кто-тут? Харчевник? Корчмарь? Пить!

— Да, Гриня, харчевником тебя еще никто не называл! — опять откомментировал тот же самый остряк из компании.

— Девушка, не нужно шуметь! — подал голос другой мужчина из компании за столом. — Я сейчас подойду и налью вам выпить.

Вырра посмотрела на него с недовольством. То, что он не поспешил подняться со своего места и обслужить ее, злило. А пить хотелось очень! Будь она сейчас со своим отцом, все бы сидящие здесь люди, называющие себя мужиками, бегали вокруг нее с подносами. А остряк лежал на столе с отрезанным языком. Но она была одна и такая хилая.

Корчмарь продолжал сидеть и болтать со своими приспешниками.

Вырке надоело ждать. Она оперлась на руки и села на барную стойку, а затем перекинула ноги и оказалась перед полками с разными напитками.