От других же помещений по спине бежал холодок. Мы прошли мимо нескольких широких ям, затянутых липкой колышущейся паутиной, от которых несло такой вонью, что даже закалённые ветераны, привыкшие к запаху смерти, не выдерживали и отворачивались. В воздухе висел тошнотворный смрад гнили, нечистот и разлагающейся плоти. Пол возле этих ям усеивали кости как животных, так и людей. Сомнений не оставалось — пауки пожирали своих пленников.

А ещё мы находили небольшие одиночные комнаты, узкие каморки, выдолбленные прямо в скале. В каждой стояла лишь кровать с брошенным на неё грязным вонючим тряпьём. Я старался даже не думать, для чего они предназначались, просто шёл вперёд, сжимая лук так, что побелели костяшки. Каждый шаг вглубь этого проклятого места лишь усиливал моё горячее желание сжечь это гнездо дотла.

Глубоко внутри холма мы наткнулись на ещё одну пещеру, очень похожую на первую, где мы освободили пленниц, но меньше и… аккуратнее, если такое слово вообще можно применить к этому месту. И клетки здесь были тоже другими. В каждой, отделанной грубой позолотой, сидела одна-единственная женщина или девочка. Некоторым на вид не больше двенадцати. Все одеты в нарядные дорогие платья, украшенные драгоценностями, чистые, ухоженные, с тщательно расчёсанными и уложенными волосами. И ни одна, насколько я мог судить своимГлазом Истины , не беременна!

В их клетках стояли нормальные кровати с подобием матрасов, даже какая-то мебель. Условия содержания были несравнимо лучше, чем у тех несчастных в первой пещере, но их глаза… Глаза отражали такую же пустоту и полную отрешённость от реальности. Женщины сидели тихо, не двигаясь и не говоря ни слова, как дорогие фарфоровые куклы в витрине, и смотрели в никуда.

И тут до меня дошло, словно ледяной водой окатили. Это ведь личный гарем Балора, его коллекция!

Ужасы, которые они пережили, сломили их волю, помутили разум, сделали послушными игрушками в лапах чудовища. Сам факт того, что среди были дети, вызвал во мне приступ такой слепой ярости, что на мгновение потемнело в глазах. Я почувствовал, как кровь стучит в висках, а рука сама тянется к колчану.

Внезапно из туннеля напротив донёсся топот множества ног. Мы мгновенно напряглись, оружие взметнулось вверх, готовое к бою, но из темноты показались знакомые фигуры Хорвальда Валиндора и Виктора Ланского во главе второй половины нашего войска.

— Первыми добрались, да? — хмыкнул Виктор, но его обычная ухмылка быстро сползла с лица, когда он увидел девушек в клетках. Он поморщился, словно от зубной боли, и кивнул на третий, самый большой туннель, полностью затянутый плотной колышущейся паутиной. — Что ж, похоже, тварь прямо по курсу.