Тупик.
Глава 23
Испуганные глаза Мэриголд быстро оценили ситуацию. Она побледнела от ужаса, инстинктивно съёжившись в тонкой ночной сорочке, но эта слабость длилась лишь мгновение. Уже в следующую секунду гномка взяла себя в руки и выпрямилась с пугающей ледяной уверенностью, причём поразительно знакомой, почти такой же, как у её ублюдка-отца, которого я сейчас держал за горло.
— Какого чёрта ты творишь, Марлон? — резко бросила она, решительно шагнув в комнату. В её голосе зазвучали стальные властные нотки, которых я раньше никогда не слышал.
Тёмный эльф даже не шевельнул клинком, всё ещё плотно прижимая его к моему горлу. Я чувствовал холодный металл, лёгкое жжение от пореза и щекотку, когда по шее скатилась капля крови.
— Простите, госпожа, это мой долг, — сухо, без тени эмоций ответил Марлон.
Лицо гнома в моей руке уже начало приобретать неприятный синюшный оттенок. Малин хрипел, пуча глаза, и я, слегка ослабив хватку, грубо опустил его на пол, позволив ногам коснуться ковра, но пальцы на шее не разжал. Слишком ценный он заложник.
— Есть предложения, Мэриголд? — спросил я сдавленным голосом, стараясь на шевелиться. Мозг лихорадочно просчитывал варианты. Ситуация балансировала в прямом смысле на лезвии ножа, готовая сорваться в кровавую бойню в любую секунду.
— Отпусти его, — потребовала она, поспешно подходя ближе.
Стиснув зубы, я разжал пальцы. Гном, тяжело дыша и пошатываясь, сделал пару шагов назад и рухнул на ближайший стул. В его глазах всё ещё полыхала холодная концентрированная ярость.
Малин раздражённо махнул рукой.
— Отойди, Марлон, — скривился гном, потирая покрасневшую шею. — Наконец-то ты соизволила появиться, дочка, а то я уже порядком устал тратить время на разговоры с этим мерзким ублюдком, которому ты позволила себя осквернить.
Мэриголд шагнула вперёд, заслоняя меня собой, вся напряжённая, как тугая тетива. Аромат её цветочных духов, обычно такой успокаивающий, сейчас казался чужим на фоне запаха пота, стали и накала бушующих страстей.
— Выбирай выражения, — твёрдо произнесла она. — Он отец твоего внука.
— Разве я сказал хоть слово неправды⁈ — рявкнул Малин, и его голос сорвался на визг. — Разве эта человеческая мерзость не спит со зверолюдьми в одной постели⁈ Разве он не испачкал тебя⁈ — его голос внезапно упал до ледяного шипения. — Разве он не заставляет тебя… ложиться с ними тоже?
— Он меня ни к чему не принуждает! — горячо возразила Мэриголд. — Мой господин…
— Как ты его только что назвала⁈ — взревел Малин. Тщательно сдерживаемая злость в мгновение ока сменилась неконтролируемой яростью, он вскочил на ноги, опрокинув стул.