Я кивнула, но внутри всё сжалось. “Играют?” Но вчера они смотрели на меня не как на игрушку. В их глазах было что-то первобытное, почти отчаянное.

— Дариан, — продолжила Лира, кивнув в сторону прохода, — тот, что с черными волосами. Наследник дома Теней. Холодный, расчетливый, вообще без эмоций. Говорят, он обладает магией тьмы и разума. Может залезть в голову и даже не заметишь. Но самое страшное — он связан каким-то древним проклятием. Оно требует от него абсолютного, тотального контроля над собой. Если он хоть на секунду его потеряет... никто не знает, что будет, но все боятся даже думать об этом.

Она перевела взгляд на рыжего, который как раз вошел в аудиторию, лениво оглядывая зал.

— А это Кайрен. Полная противоположность. Он изгой из клана Огненных оборотней. Страстный, импульсивный, дерзкий до наглости. Его магия стихий абсолютно хаотична, но невероятно мощна. Он может сжечь всё дотла просто потому, что у него настроение такое.

Лира снова посмотрела на меня, и в ее взгляде читалось искреннее беспокойство.

— Они неразлучны, эти двое. И поверь мне, Искра, если они обратили на тебя внимание в коридоре, это неспроста. Просто старайся не попадаться им на глаза, хорошо?

Я медленно кивнула, но мои мысли уже были далеко. “Древнее проклятие. Хаотичная магия. Абсолютный контроль и полное его отсутствие.”

Внезапно кусочки пазла начали складываться в моей голове. То, как они вздрогнули, когда попробовали мою кровь. То, как их зрачки расширились от моего запаха. Это было не просто любопытство хулиганов. Их проклятия, их природа, их магия — всё это резонировало с той самой «искрой», о которой говорила директриса.

Я сглотнула, чувствуя, как по спине снова пробежал холодок. Лира была права — мне нужно было держаться от них подальше. Но глядя на то, как Дариан медленно, с хищной грацией занял место на скамье в центре зала, а Кайрен развалился рядом, лениво подперев щеку рукой, я понимала одну ужасную вещь.

Держаться от них подальше будет гораздо сложнее, чем я думала. Моя кровь уже знала их. И, судя по всему, она не собиралась меня слушать.

Лекция по теории магии тянулась бесконечно. Профессор Вальтер — сухой, как пергамент, старик с пронзительными голубыми глазами и бородой, которая, казалось, была соткана из самого тумана — монотонно рассказывал о пяти первоосновах бытия. Его голос был ровным, усыпляющим, но каждое слово падало в мою голову тяжелым, значимым камнем.

— Магия — это не просто инструмент, — говорил он, обводя аудиторию взглядом, от которого становилось не по себе. — Это язык, на котором говорит сама вселенная. Пять стихий — Огонь, Вода, Земля, Воздух и Эфир — это не просто силы. Это грани одного кристалла, и истинный маг понимает, что они неразделимы.