Тишина в комнате стала оглушающей. Я смотрела на них — на этих двоих, прекрасных и опасных, гордых и сломленных, — и чувствовала, как моя злость растворяется, уступая место чему-то гораздо более пугающему. Состраданию. Пониманию. И... желанию.

Дариан сделал шаг вперед. Я не отступила.

— Мы не хотели тебя пугать, — произнес он, и его голос был таким низким, таким бархатным, что у меня закружилась голова. — Мы не хотели охотиться на тебя. Мы пытались бороться. Но когда ты вошла в тот запретный зал, когда мы почуяли тебя там... зверь вырвался. Мы не смогли устоять.

Его рука коснулась моей щеки, и я закрыла глаза. Его кожа была прохладной, как ночной ветер, и этот контраст с обжигающим жаром Кайрена, стоящего рядом, создавал такую какофонию ощущений, что у меня подкосились колени.

— Перестаньте, — прошептала я, но в моем голосе не было силы. — Перестаньте, пожалуйста. Я не могу... я не знаю...

Кайрен обнял меня сзади, и я вздрогнула, чувствуя, как его горячее тело прижимается к моей спине. Его руки сомкнулись на моем животе, притягивая меня к себе, а его губы коснулись моего плеча.

— Не думай, — прошептал он мне в кожу, и его голос дрожал. — Просто почувствуй.

Дариан наклонился, и его губы нашли мои. Этот поцелуй был не таким, как в библиотеке — не голодным, не требовательным. Он был нежным, почти отчаянным, словно он боялся, что я исчезну, если он отпустит. Его рука скользнула по моей шее, запуталась в волосах, и я ответила ему, прижимаясь, чувствуя, как внутри меня разливается теплая, тянущая волна.

Кайрен тем временем расстегивал мою мантию. Его пальцы были ловкими, горячими, и ткань соскользнула с моих плеч, обнажая ключицы. Его губы прошли по ним, оставляя следы огня, и я застонала — тихо, предательски.

Дариан оторвался от моих губ и посмотрел мне в глаза. В его взгляде было столько голода, столько обожания, что мне стало страшно. Его рука скользнула вниз, расстегивая пуговицы моей блузки, и я почувствовала, как прохладный воздух коснулся моей разгоряченной кожи.

— Вы... вы не можете... — прошептала я, но мои руки уже были на его груди, притягивая его ближе, и мой голос звучал как мольба, а не как отказ.

— Мы не остановимся, — хрипло произнес Кайрен, и его ладони скользнули по моей талии, поднимая блузку. — Не сейчас. Не после того, как мы наконец тебя нашли.

Блуза соскользнула, как и юбка, и я осталась в одном белье. Прохладный ночной воздух обжег кожу, но их руки были горячими, и я горела. Дариан провел пальцами по моей ключице, спускаясь ниже, и я выгнулась к нему, теряя последние остатки рассудка.