Слезы высохли на моем лице.

Вместе с ними высохло и что-то еще. Та наивная, испуганная девочка из трущоб, которая верила в сказки о принцах и истинных парах. Та девочка, которая думала, что если она будет достаточно хорошей, достаточно сильной, достаточно преданной, ее полюбят навсегда.

Она умерла в ту ночь на крыше. Вместе с моей искрой.

Я медленно, превозмогая слабость, которая приковывала меня к кровати, начала приподниматься.

— Искра, что ты делаешь?! — Лира испуганно бросилась ко мне, пытаясь уложить меня обратно. — Тебе нельзя вставать! Твое тело еще не адаптировалось к отсутствию магического фона! Ты можешь потерять сознание!

— Отстань, Лира, — мой голос прозвучал ровно. В нем не было истерики. Не было слез. Только лед. Такой же холодный и глубокий, как та тьма, которую я когда-то чувствовала в глазах Дариана. Но это была “моя” тьма. Тьма человека, который потерял все и которому больше нечего терять.

— Искра, пожалуйста, послушай меня, — Лира плакала, хватая меня за руки. — Не надо. Не унижайся. Они не стоят твоих слез. Они монстры. Я говорила тебе, они монстры! Останься здесь. Директриса решит, что с тобой делать. Мы придумаем, как тебе жить в этом мире без магии. Но не иди к ним. Пожалуйста. Они просто... они просто добьют тебя. Им будет приятно видеть, как ты страдаешь.

Я посмотрела на Лиру.

— Лира, — тихо произнесла я. — Спасибо тебе. Ты была единственной, кто пришел. Ты была единственной, кто сказал мне правду, когда весь мир врал мне в глаза.

Я осторожно, но твердо высвободила свои ладонь из ее рук. Ноги коснулись холодного каменного пола. Они дрожали, колени подгибались, но я заставила их держать меня. Я встала. Мир качнулся, перед глазами поплыли черные пятна, но я стиснула зубы и сделала вдох.

— Где мои вещи? — спросила я.

— Искра, умоляю... — Лира в отчаянии всплеснула руками. — Твоя одежда в шкафу у кровати. Но зачем? Куда ты пойдешь? У тебя нет магии, ты не можешь даже открыть дверь в башню старших курсов без пропуска!

— Я найду способ, — я подошла к шкафу и открыла его. Там лежала моя темно-синяя роба первокурсницы. Та самая, которую мне выдали в первый день. Я начала натягивать ее на свое хрупкое, лишенное защиты тело. Ткань казалась чужой, грубой.

— Ты не понимаешь, — Лира стояла за моей спиной, ее голос срывался на шепот. — Они сейчас в Главном зале. У них прием. Там весь цвет Арканума. Если ты войдешь туда... они увидят, что ты обычная. Они увидят, что ты пуста. Они будут смеяться, Искра. Все будут смеяться.

Я застегнула пуговицы на робе. Мои пальцы не дрожали.