— Это так, — вздохнула она. — Мне порядком доставалось от них в течение всего времени с момента взятия в плен и по день нашей встречи. Изнасилования меня грязными хумансами и рядом не стояли с огромными орками, которые разрывали мне внутренности! Честно говоря, тогда, когда ты исцелил меня, я уже прощалась с солнцем, так как была уверена, что умру от внутреннего кровотечения.

— Ладно, — потирая огромную рыжую бороду, произнес Скупи, — Я тоже тебе благодарен. Уверен, Твердыня бы ни за что не освободила меня, а приезжать за мной никто не собирался. Допустим, мнишь себя пророком, Избранным, Вестником Андрасте или кем бы то ни было. Но как ты собираешься это доказать?

Я помолчал. Да, ситуация была не радостная. В отличие от зверолюдей, радостно принявших вести обо мне и ни разу не усомнившихся в этом, здесь я столкнулся со стеной непонимания и отрицания. Что же, раз благодаря одному полудурку с крыльями этот континент превратился в подобие моего мира, придется доказывать свою правоту силой.

Кстати… Кстати, кстати, кстати! А ведь я так и не разобрался с этой долбанной «игровой» системой этого материка, которую повсеместно насадил этот дебил! Чувствуется, я еще намучаюсь с ним. Но, чтобы лишний раз ничего не придумывать, отложим рассмотрение этого щекотливого вопроса на потом.

— Следуйте за мной! — приказал я, направляясь к двери. — Не только вам полезно будет услышать правду обо мне.

Изольда все также сидела за столом, как мы ее и оставили. Увидев нас, она посмотрела на меня с невыразимой печалью в глазах, но ничего не произнесла. Знаком рассадив всех за стол, я отошел на небольшое расстояние и сказал:

— Все, что я сейчас я вам расскажу, является чистой правдой. Могу поклясться всеми святыми, в каких верю.

И начал свой рассказ с момента появления в этом мире и до встречи с Твердыней. Надо сказать, слушатели не отличались терпением и спокойствием, вскакивая с мест, ругаясь как сапожники, и пуская крокодиловы слезы.

Камина почти сразу поверил моим словам, уж очень четко и понятно я описывал события. Уже к середине повествования я заметил, как из глаз парня текут ручьи слез, которые он даже не замечал. Уже тогда я в который раз пообещал себе, что положу жизнь, но вытащу отсюда всех, кого только смогу.

Эльфийка сначала слушала вполуха, вплоть до того момента, пока я не добрался до приключений, связанных с Детьми леса и Духами земли и воды. Тогда она приняла сосредоточенный вид и стала гораздо внимательнее, что-то просчитывая в уме, но не задавая лишних вопросов. А стоило мне добраться до схватки с зараженной Матерью-природой, как она преисполнилась священной ярости, сорвавшись с места и выкрикивая грязные ругательства в мой адрес. Даже дюжий Скупи смог с трудом удержать ее, пока не подоспела Изольда.