Карл Смелый глянул туда, куда указывал брат, и поморщился. Потому что, с комфортом усевшись на чьём-то теле, пехотинец любовался перстнем с большим самоцветом, надетым на чью-то изящную ручку. Чью — непонятно, потому её чуть ниже кисти попросту отрубили.

— Видишь, пехота, она как дитя. Во всём найдёт свою красоту.

— Ты безумен, братец… — покачал головой правитель Бургундии.

— Все мы безумны… в какой-то мере…

* * *

Тем временем в Риге происходило не менее знаменательное событие. На первый взгляд, конечно, этого не скажешь. Но это было именно так.

На воду спускался первый в мире корабль, спроектированный и построенный по чертежам. А так на минуточку не строили даже в середине XVII века. Даже в самом его конце, когда Пётр I со своим посольством лазил по всей Европе в поисках учителей и передовых решений, по чертежам строили только во Франции и Испании. Да и то — не по чертежам даже, а скорее по эскизам.

Иоанн же подошёл к делу серьёзно.

Они с Леонардо продумали концепцию. Проработали эскиз. Потом сделали общий чертёж. Построили масштабную модель. «Обкатали» её в специальном бассейне. И, внеся правки и уточнения в чертёж, начали по нему строить нормальный корабль. Выверяя каждую деталь и документируя.

Задумка короля была проста и одновременно многогранна.

Ему не хотелось, чтобы все корабли сильно отличались друг от друга, поэтому сейчас он строил головное судно серии. И после испытания, если всё нормально, запустит их производство. Изготавливая разные сложные узлы и детали в разных местах. Свозя их к месту сборки и монтируя, многократно ускоряя работы. На речном судостроении этот приём он уже не только опробовал, но и отработал.

Да, спущенный корабль был назван «галеон».

Да, всем своим видом он в целом его напоминал. Разве что паруса имел более совершенные и развитые.

Но это всё было не так важно. Самое главное скрывалось «под капотом». Самое главное заключалось в том, что у короля на берегах Балтики самыми ударными темпами формировалась самобытная судостроительная школа, основанная на опережающих время принципах, и флот. Морской флот. Можно даже сказать — океанский. Потому что на этих галеонах вполне реально было отправиться и к берегам Нового света, и в кругосветное путешествие.

Устин сын Первуши всего этого не понимал.

Он стоял на берегу и с каким-то заворожённым видом смотрел на корабль. А рядом стояло много других людей, что вывалили на берег. Считай, весь город пришёл посмотреть. Ведь дело великое! Большие корабли ведь на Руси отродясь не строили. А тут — вот… Диво дивное. И каждый хотел хоть немного оказаться сопричастным этому значительному событию. Хотя бы и вот так — даже рядом постояв…