— Точно? — засомневался я, обратив внимание на то, что оба призрака начинают светиться сильнее. — Сударь, а чего они тогда разгораются?

— Хм-м-м. Удивительно. Кажется, они пытаются бороться. Но откуда черпают силу?

Внезапно у меня засосало под ложечкой, а вдоль позвоночника забегал холодок. Очень неприятный холодок… будто бы рождаемый гранитной погребальной плитой. И даже воздух вдруг стал каким-то липким и противным. А во рту появился привкус тлена и влажной кладбищенской земли, кишащей червями, разжиревшими на мертвечине.

— Граф, вы чувствуете? — тревожно прошептал я, сглотнув вязкую слюну.

— В целом или конкретно сейчас, юноша? — спросил маг, продолжая изучать призраков прищуренными глазами.

— Сейчас. Холодок, весьма мерзкий холодок.

— Нет, ничего не чувствую.

— Захар! А ты чувствуешь холодок?! — крикнул я в темноту подвала.

— Не-е-т! — донёсся до меня дрожащий голос слуги. — Всё уже закончилось, судари?

— Не знаю, не знаю, — проговорил Чернов и снова создал «обездвиживание», но не успел применить его.

Оба призрака вдруг вспыхнули, словно звёзды, и «сожгли» удерживающие их заклятия. Мы с графом синхронно отшатнулись, рефлекторно прикрыв глаза. А эти призрачные черти, освободившись, потеряли львиную долю своего сияния, благодаря чему шевелящаяся тьма, будто живая, молниеносно заняла утерянные на доли мгновения территории.

А ещё спустя миг на нас с Черновым с рвущим барабанные перепонки воем ринулись призраки. К сожалению, расстояние между нами и тварями смерти было мизерным. Никто же не ожидал, что они смогут порвать магические путы самого графа Чернова! Поэтому дыхание смерти уже во второй раз защекотало мои ноздри, а стылый холодок вцепился в хребет. Он разбежался по телу и ножом взрезал мозг, заставив его действовать.

Я невероятным образом грохнулся в транс, зачерпнул из дара энергию и по какому-то наитию создал что-то невообразимое, какую-то доселе неизвестную мне магическую конструкцию. Она туманным спрутом сорвалась с ладони и врезалась в призраков. Тут же Глафира огласила подвал скрежещущим воплем и пропала. А вот резко «побледневший» Архип Поликарпович вдруг завис напротив меня и в жесте покорности опустил голову.

— Чего это он, сударь? — просипел я, покосившись на графа, только что создавшего «развеивание» взамен «обездвиживания». Последнее пропало из-за того, что Чернов вывалился из транса, когда произошла вспышка.

— Вы его поработили… юноша, — медленно прошелестел маг едва слышным голосом и посмотрел на меня круглыми глазами. Теперь он точно был удивлён, а может, и шокирован. — Откуда вам известно это заклятие? И как вы так быстро его создали? Вам потребовались буквально мгновения.