— Хм, то, что вы сразу переходите к делу, выдаёт в вас либо человека нетерпеливого, либо человека весьма делового. Так какой тип вам присущ? — откинулся на спинку кресла граф и посмотрел на меня глазами мастера смерти. Они у него были даже более светлыми, чем у меня. Так сразу и не скажешь, где заканчивается радужка и начинается белок. К тому же его зенки очень глубоко запали в череп, из-за чего они будто из тёмных нор выглядывали.

— Всего понемножку, сударь, но тратить время на словесные расшаркивания я не люблю.

— Замечательно. Тогда давайте перейдём к сути нашей встречи, — сказал маг и поправил кружевной рукав сорочки. Поверх неё красовался чёрный жилет, с выглядывающей из кармана серебряной цепочкой карманных часов. — И для начала задам вам всего один вопрос… Юноша, как вы видите своё магическое будущее? Магию смерти не преподают в университете.

— Постараюсь свести близкое знакомство с другими магами смерти, — ответил я и снял очки. — Думаю, они поделятся со мной своим опытом. А по первой мне вполне хватит книг, посвящённых магии.

— Ежели вы ещё не заметили, то перед вами сидит один из сильнейших и опытнейших магов смерти.

— Заметил, сударь. Но не желаю просить вас обучать меня, поскольку вы и сами хотите предложить мне нечто подобное.

— Верно, — без всяких эмоций выдал Чернов. — Однако я должен вам кое-что сообщить. За всю жизнь у меня было двадцать учеников и пятнадцать из них погибли. Последний скончался по тому году в Чернолесье. Любопытная тогда произошла история.

— Чернолесье? — встрепенулся я, непроизвольно выдав свой интерес.

— Да, Чернолесье. Вам что-то известно об этом месте? А-а, смекнул. Дорога из Гати в Петроград идёт как раз через это гиблое место. Вероятно, вы видели десятки призраков?

— Вообще-то, не только видел… — медленно произнёс я, подбирая слова. Кажется, сейчас вполне уместно поведать графу о разборках Петровых и Астафьевых. — Дело в том, что мне пришлось воспользоваться помощью этих призраков.

— Да вы что?

— Угу, — угукнул я и стал рассказывать Чернову о той заварушке около Чернолесья. Мой рассказ был щедро наполнен подробностями, касающимися непростых взаимоотношений Петровых и Астафьевых.

Граф молча выслушал меня, слегка прикрыв глаза, точно от усталости, а затем прошелестел:

— Вы сильно рисковали, используя свою кровь для передачи энергии. Был велик шанс того, что призраки выпьют вас до дна. Даже опытные мастера смерти лишь в экстренных ситуациях используют данный приём.

— Да я вообще слабо понимал, что делаю. Оно как-то по наитию вышло, ваше сиятельство, — честно сказал я, проведя рукой по отросшим светлым волосам.