Я хотел оставить её сегодня оставить в Москве. Больше не видеть. Сбежать. Впервые мне

хотелось сбежать с этого поединка. Я проигрывал его по всем фронтам.

Самому себе.

После секса с ней моя месть затуманивала разум, превращалась в фантом. Любовь и Аня

стали неразделимыми во мне. Я ведь просто хотел поиметь ее. Без чувств.

— Сука! — жёстко выругался я почти вслух и стукнул кулаком по столу так, что

зазвенела посуда.

Алекс, соберись!

Когда самолет снижался, написал брат: у него для меня«подарок» .

Подарком оказался один из тех людей, кто испортил наш товар в портах.

Сюрприз ждал в подвале для пыток. Брат уже успел заняться им: изуродованное лицо было

в синяках, ссадинах и порезах, кровь стекала по подбородку на бетон.

— Он что-то уже рассказал? — спросил я, войдя в полутёмное серое помещение.

— Нет. Молчит, — Данил присел на угол железной столешницы и закурил.

Я взял со стола досье, пролистал и швырнул обратно. Ничего нового. Это был человек из

итальянской мафии.

Подошел к шкафу и вытащил кожаный свёрток с ножами. Очень острыми. Их точили

специально для меня. Я выбрал маленькое лезвие.

— Молчишь? — схватил его за волосы и повернул лицом к себе. — А как тебе такое?

Я воткнул нож ему в бедро. Он заорал, но через пару минут крик превратился в скуление

пса. Из его глаз потекли слёзы. Дыхание сбилось. По ноге засочилась кровь.

— Может, что-то вспомнил? — я обхватил рукоятку ножа и повернул. Он громко застонал

от боли.

— Я всё скажу. Подожди… — захрипел он, делая глубокий вдох.

— Если что, я нетерпелив.

Я прошелся мимо него от стены до стены. Этот чертов ублюдок решил замолчать. Я

приблизился к столу и вытащил из свёртка тонкое колкое шило. Вставил ему под ноготь.

Он снова заорал.

Мучительно. Душераздирающе.

Но не для меня.

Ноготь за ногтем слетали с его пальцев.

Его хриплый ор звучал, словно приятной песней для моих ушей.

Данил заклеил ему рот. Я нанес ещё пару ножевых ранений. Он мычал и истекал кровью. В

его глазах собирались слезы.

Я сорвал скотч с его губ.

— Кто твой хозяин?

Он всхлипывал и молчал.

— Кто твой хозяин? — гневно повторил я.

Мерзавец упрямо продолжал молчать.

— Придется отрезать тебе веки, — угрожающе понизил голос я.

— Фабрицио Конти, — тихо сказал он.

— Отлично. Кто он такой?

— Главный, — он откашлялся и сплюнул.

— Где он сейчас?

— Был на Сицилии. Но у него есть вилла на озере Комо.

— Говори, что ещё знаешь, — мрачным голосом приказал я.

— Если ты отпустишь меня.

— Конечно, — солгал я.

— Точно? — проскулил он.

— Говори, — проигнорировал его вопрос.

— Он заказал убить тебя. В порту приготовили ловушку, поэтому испортили товар. Но я