Пока же приходилось лежать в постели, в окружениивсех обитателей дома, нацепивших на лица свои самые дорогие и качественные погребальные выражения. Разумеется, за исключением Момо — та спала возле меня одетая (!) и с очень виноватым выражением лица.

Сюрреалистично.

— Мисс Легран, будьте добры сменить мне пепельницу и принести кофе, — скомандовал я, хмуро озирая похоронные лица. Рейко, для удобства демонстрации своего, залезла на кровать в ногах, где и уселась с самым решительным видом. Молча, как и остальные. Сделав вид, что только что принял решение, я обратился на этот раз к дворецкому, — Мистер Уокер, проводите всех, кроме Момо, к выходу, я нуждаюсь в уединении…

И вот тут как началось…

— Я тебе провожу!

— Да ты знаешь, как мы волнова…!

— Девушки! — перебиваю я, — Я принял препараты, которые поставят меня за пару дней на ноги. Но мненужен покой…

— Сначала мы тебе всёёё выскажем, самоубийца чертов!

— Камилла, Эдна! Госпожа Иеками и госпожа Цурумахотят быть выкупанными!

— Да, мастер. (жутковатый дуэт одинаковых голосов).

Воцаряется недолгая суета с паническими визгами. В основном от Цурумы, так как Рейко, всё-таки, слишком компактная, чтобы успеть что-либо сделать. С протестующим завыванием она удаляется на руках у Камиллы в сторону ближайшей ванной комнаты. Эдне чуть сложнее, так как паникующая Шино обладает прекрасной длиной ног и рук, которые горничной приходится контролировать, но на результативность усилий это не влияет — телохранительницу легко обезвреживают и стремительно утаскивают, судя по всему, туда же, куда и Рейко. Надо было сказать, чтобы их в разных ванных… а, без разницы.

Чарльз смотрит на меня с невозмутимостью, за которой легко можно угадать некоторое осуждение. Весьма слабое, что характерно, я давно уже доказал дворецкому, что глупостей обычно не совершаю. Тем не менее, считаю нужным пояснить лично для него:

— Мистер Уокер, я принял одну десятую флакона того снадобья, которым мы отращивали вам кисть руки. Будьте добры рассказать об этом девушкам, когда они будут в состоянии выслушать.

Следующие сутки обе красавицы на меня дуются и игнорируют. Сделать им это чрезвычайно легко, так как с постели не встаю. Лежу, курю, думаю… периодически глажу по голове вполне довольную этим Момо. Перед ней ощущаю определенную вину, из-за того, что был вынужден буквально бросить её на тех тварей. Впрочем, одергиваю себя — мне онане подчиняется . Несмотря на совершенно невинный внешний вид, эта девушка шпион, разведчик и убийца, пусть дажесейчас ко мне лояльно настроенный. Именно к ней мне привыкать никак нельзя — слишком велик риск, что она всё же увидела или только увидит нечто, что ей знать не положено. В таком случае её либо убьют другие, либо это сделаю я.