На пороге зала, где сегодня сидели девушки под взглядом Арка, я застыл как вкопанный.
На окровавленном паркете, в окружении разбитого стола и ваз, лежала… Гэндзи Момо, сжимающая в руке длинный клок волос цвета пурпура. Подавив импульс её немедленно убить, не обращая внимания на степень вины, я внимательно осмотрел тело девочки. Несколько колотых ран, наполовину отрубленная левая рука, глубокие порезы бедер, через которые давно уже должна была вылиться вся кровь. Но она была жива.
Тридцать четыре минуты требуется, чтобы оказать первую медицинскую помощь всем, включая Гримма и Арка. Чуть более получаса напряженной работы головой. Влив последний пузырек алхимии меж бледных губ Момо и, передав её тельце Мао, я встал и резким движением буквально воткнул себе сигарету в рот.
Затянулся.
— Какие будут распоряжения, сэр Алистер? — глухо спросил приложивший лёд к голове дворецкий.
— Мистер Уокер… — я выпустил из себя целое облако дыма, — Будьте добры подготовить мой походный арсенал. Я пока совершу пару звонков.
Глава 20
Иногда, в самый мрачный час, полный скорби, безнадежности и тоски, может неожиданно пробиться луч света. Этим лучом для меня стал вовсе не добрый человек, который, подойдя в три часа ночи к вратам моего дома, подробно бы описал, куда, кто и на чем увез Рейко. И не добрая фея, которая бы притащила мою будущую невесту назад, вставив всем похитителям под хвосты по кактусу. Надежду мне дала простая человеческая алчность, возведенная в удивительно высокую степень.
Именно она двигала поверенным некоего Евгения Распутина, названного своими родителями Степаном. Этот достойный человек, приняв звонок в резиденции княжича, был совершенно соблазнен обещанной мной суммой в пять тысяч фунтов стерлингов. Этого хватило, чтобы он поднял алые паруса на дирижаблике руса, направив это кричащее корытце прямиком в Якусейсшо, где разбудил и принял на борт своего сонного господина, привезя его прямо на площадку позади моего дома.
— Рейко похитили, — тут же сжато я начал информировать руса, — Я собираюсь идти по следу. Мне нужно, чтобы ты задним числом написал мне дарственную на свой дирижабль, показал, как им управлять, помог кое-что загрузить. Сделаешь это — и мы в расчете, в полном.
— Хрен тебе, — мрачно ответил тут же проснувшийся верзила, сжимая кулаки, — Я с тобой.
— Нет, не со мной. Несколько часов назад у меня в доме нашли труп моего брата. Доказать свою невиновность я не смогу, Жень. Ты не будешь замазываться в этом. Я вылезу, ты — нет.
— Не дури, Алёш, — рус набычился еще сильнее, — Ты еще от ран не отошел, но собираешься куда-то лететь? Один?