— И Старейший — он друг, или враг для нашего мира? — уточнил я.

— Нет. Старейший, это… Хм, как бы объяснить точнее. Представьте себе, что в мире есть бог, и у него несколько близких помощников. Они правят целым миром, наслаждаются властью, не заботясь о тех, кто в них верит. Но в один момент люди свергают этого бога, потому что не видят от него пользы, и находят нового — справедливого и заботливого.

— Единого? — уточнил Астарк, потому как архилич сделал паузу в своём рассказе.

— Верно. Новый бог изгнал старого, но оставил его слуг. Некоторые из них сгинули, кто-то встал на службу к Единому, но остались и такие, как Старейший. Сумасшедшие, непонятно к чему стремящиеся. Навредить этому миру они не в состоянии, воздействовать на коренных жителей им запрещено. А вот на чужаков, или таких, как Варда — для этого у них есть силы и возможности. Раньше я всегда считал карлика полезным. Возможно, что ошибался.

— Есть способ, как мне защититься от этого уродца? — тут же спросил я.

— Конечно есть. Подожди. — архилич шагнул к небольшому сундуку, стоявшему на маленьком столике, открыл его, и стал рыться в нём, бормоча что-то себе под нос. Затем развернулся, и протянул мне жетон из потемневшего металла, размером с четверть моей ладони. — Вот, держи. Этот амулет оградит тебя от воздействия карлика, и от любого другого божественного вмешательства. Но учти, пока ты носишь такую защиту, Единый не услышит твои молитвы. Впрочем, тебе не нужна его помощь.

Взяв в руки медальон, я нахмурился. С одной стороны был изображён неправильный круг, а внутри него, у края, находилась точка. Этот рисунок почему-то напомнил мне изображение человеческого живота. Хмыкнув, я перевернул амулет, и с трудом сдержал ругательство. Здесь была начертана тройная молния.

— Защита от старого и нового бога. — пояснил Бессмертный. — Видишь ли, Варда, ты — маг шестого круга, имеющий родство с огнём. В империи не найдется и десятка одаренных, равных тебе по силе, а в перспективе — вообще ни одного. Так что никто не должен обладать правом влиять на тебя, как прямо, так и опосредованно. Даже родственная стихия.

— Родство с огнём? — Астарк явно заинтересовался услышанным. — Это как у тебя, Бессмертный? Только стихия другая?

— Именно. Только у него стихия, хм, очень вспыльчивая, и если Варда однажды потеряет контроль, то это плохо для него кончится.

— Только для меня? — уточнил я.

— К счастью — да. Для нашего мира будет очень хорошо, если у нас появится Великий дух огня, не скованный обязательствами перед богами.

— Дух? — переспросил я, хотя уже всё понял. Вот же! Зачем мне всё это?