«Когда она сношалась с моим уважаемым супругом».
Опять затошнило. Ощущение, что в моей квартире не женщина и не жена, а заразная простигосподи, которую я почему-то пока не могу выставить за дверь.
Не хотелось сейчас обсуждать этих мразей, хоть на пару часов освободить бы голову от этого дерьма. Но разговор с ней прекращать отчего-то не хотелось тоже. Ничего не смог придумать лучше простого, примитивного:
«Что делаешь?».
Майя
«Принимаю ванну»
И зачем ему эта информация? Зачем провоцирую? Руки как будто сами пишут, не слушаются. Может, это подспудное желание отомстить той же монетой?
Интересно, как он отреагирует. «В ванну и без меня?» Я бы утонула со смеху.
«Завидую. Тоже не отказался бы от ванны. Трудный был денёк».
Мне понравилось. Устоял над провокацией. Интересный мужчина.
Хотя стоп. Что я творю, в конце концов? Для чего эти манипуляции? Надо прекращать. Это у меня нервное. Надо еще магния прикупить в аптеке.
«Почему трудный?»
«Я могу быть уверен, что мои слова не станут основой для статьи?)))»
Я не ответила. Почувствовала раздражение. Он не доверял мне. Да и с чего бы ему?
И он больше не писал. Час прошёл, потом два. Чувство странное, будто я разочарована. И одновременно заинтригована.
А что мне, собственно, нужно от него? Дружба? Наше знакомство состоялась не для дружбы. Общение? Да, я в сейчас в изоляции, но не это ли мне сейчас нужно? В конце концов, для «поболтать» есть чатики коллег, однокурсников и так далее, можно, в конце концов, на какой-нибудь форум залезть и тренировать своё красноречие до посинения. Единственный человек за последнее время, которому я открыла душу, навалила мне туда с верхом.
Сидя верхом на моём муже.
Как же мне не хватает бабушки. Как жаль, что она теперь едва узнаёт меня.
«Трудный, потому что у меня один за другим суды. А дочь остаётся наедине со своей биоматерью. Которая делает из неё будущего клиента своих коллег».
Ответ пришёл внезапно. Почти к полуночи. Когда я настраивалась на спокойный, насколько это возможно, сон. Когда прилаживала наушники поудобнее, чтобы послушать медитацию и забыться от всего этого дерьма хотя бы на час.
Глубокий вдох и медленный выдох.
Я старалась быть в моменте. Потому что не знала, что ждёт меня завтра. Потому что не знала, как пережить боль предательства.
«Что именно она делает? Это не для статьи, Олег».
Отправила я ему.
«Морально уничтожает. У неё материнского инстинкта нет и не было».
«Мне очень жаль её. У меня похожая ситуация была в детстве. Бабуле спасибо, что я выжила. А у твоей дочери есть ты. И это уже очень хорошо, Олег».