– Тебе предлагали подать на неё в суд? – спросила я.
– Да, предлагали. Но сама понимаешь, мне было не до этого. Хотя я сама работаю в суде, представляешь, какая ирония? Я пыталась выжить и победить свой диагноз, о том, чтобы заниматься судебными делами не было и речи, у меня сил не было. Потом я забыла об этом. Потом я пыталась подгадить ей в соцсетях, но тщетно, у неё там модераторы работают. Потом я встретила Беллу. А потом тебя. Думаю, это всё не просто так. Наверное, нас всех сама судьба свела.
– Мы сами виноваты во многом. Сейчас столько информации, не знаешь кого слушать. А когда внутри пустота, тревога и неуверенность, начинаешь метаться в поисках поддержки и попадаешься таким вот Юлям. Надо было тщательнее выбирать себе наставника, – заметила Белла.
– И больше себя любить. Думать о себе в первую очередь. А не виться хвостом вокруг мужиков, – добавила Агата.
– Я не вилась хвостом. Просто иногда человек рядом оказывается мудаком, и ничего с этим нельзя поделать, – так было у меня с Ланским. В свои двадцать я мало что понимала в людях. Те, кто не алкаш и не дебошир уже тогда казались мне нормальными, даже идеальными.
– Знаешь, чем всё в итоге закончилось? – сказала Агата. – Он меня изнасиловал и избил. В итоге я сошлась с его лучшим другом. Мы его вместе тогда спасали и сблизились. Теперь бывший в лечебнице, родители его засунули. И винит нас во всех грехах.
– Главное, что ты теперь в безопасности. И счастлива.
Я вспомнила про Шумского. А я могу назвать себя счастливой с ним? Мы вообще успели хоть один день насладиться своими чувствами? А есть ли они?
Мы здорово поговорили, потом Агата довезла меня до похоронного дома, я забрала машину и поехала в полицию, подавать заявление на Ланского.
Глава 29 Олег
Я сидел в опеке, ждал своей очереди и названивал Майе. Как идиот. Она ясно дала понять, что не хочет меня видеть рядом. Конкретно в этот момент или вообще, я не уточнил. Но мне в любом случае вести её развод. Это дело я не брошу. Принципиально. А когда я с хлестнулся с этим слизняком по телефону, меня припекло так, что хотелось морду ему начистить. Жаль, что у нас в правовом мире, даже слово «дурак» можно пришить к делу, а уж про прикосновения и тем более удары и говорить нечего. Значит, придётся тебе, Олег, работать мозгами и красноречием в усиленном режиме.
Меня приняла главный специалист. Она тщательно изучила документы и материалы, которые я предоставил.
– На развод вы уже подали, как я понимаю, Олег Юрьевич? – она строго взглянула на меня поверх очков.
– Всё верно. Юлия Вениаминовна в данный момент не желает съезжать с моей добрачной квартиры. Ожидаю заседания суда, – я понял к чему она клонит. Дальнейшее проживание дочери с матерью сильно повредит её психике, уже и так пошатанной. Главный специалист удовлетворительно кивнула, возвращаясь к изучению материалов.