Он не был моим парнем. По сути, между нами не было ничего, кроме поцелуев и дурацкого контракта. Но всё же! Мы целовались! Значит, есть какая-то ответственность? Или нет?

– Нет, – прошептала я вслух и снова потянулась к стакану.

В поле зрения попал мужчина. Мускулистый, в обтягивающей футболке, с татуировками на предплечьях. Он сидел через несколько мест и откровенно смотрел на меня. Я поймала его взгляд, в моей голове, затуманенной обидой, созрела безумная мысль.

А почему бы и нет? Почему всем можно, а мне нельзя? Почему Антон мог таскаться по Наташам и Оленькам, а Женя впускать в свой кабинет каких-то Алин, пока я сохну по нему, как идиотка? Око за око. Пусть узнает, каково это.

– Лерка, – сказала, вставая со стула, – я сейчас.

Подруга мгновенно напряглась.

– Ульяна, ты чего?..

Но я уже сделала шаг в сторону мускулистого незнакомца. Мир качнулся, пол ушёл из-под ног, но удержалась, вцепившись в спинку соседнего стула.

– Не надо, – Лера схватила меня за руку. – Давай я вызову такси.

– Отстань, – я вырвала руку. – Я взрослая девочка. Имею право.

– Ты не в себе, – настаивала она.

Я хотела что-то ответить, но в этот момент дверь бара открылась.

И вошёл Евгений.

Взъерошенный, без пиджака, в рубашке с закатанными рукавами и с телефоном в руке. Его тёмные глаза обшарили зал, нашли меня, и в них вспыхнуло то ли облегчение, то ли ярость. Широким шагом он направился ко мне, расталкивая людей, не обращая внимания на их возмущённые взгляды.

Сердце подпрыгнуло к горлу.

– Почему ты не берёшь трубку? – спросил мужчина, останавливаясь в полуметре от меня.

Я моргнула. Телефон? Я не слышала ничего.

– Ничего не звонило, – пробормотала, шаря в сумочке.

Он выхватил у меня телефон, нажал на кнопку, и экран загорелся. Я увидела двадцать три пропущенных вызова. Двадцать три! Все от него.

– На беззвучном, – виновато пожала плечами. – Ой...

– «Ой», – повторил он с таким выражением, будто хотел меня придушить, но сдерживался из последних сил. – Я обыскался тебя по всему городу. Думал, с тобой что-то случилось.

Я вскинула подбородок.

– А тебе не всё равно?

Он сжал челюсти. Потом перевёл взгляд на Лерку, которая застыла рядом с круглыми глазами.

– Спасибо, что присмотрели за ней, – сказал он ей. – Дальше я сам.

– Я никуда с тобой не поеду, – запротестовала я.

Но он уже взял меня под локоть – крепко, властно, не оставляя шанса на сопротивление. Бросил на стойку купюру, которой хватило бы на ужин для всего бара и повёл меня к выходу.

– Пусти! – я упиралась, хваталась за стулья, но он был сильнее. – Иди к своей Алине! Катись к чёрту!