Из кабинета донёсся приглушённый, низкий голос Евгения, говорящего по телефону:
– ...да, подготовь новый контракт. Да, на мисс Корсак. И внеси в пункт с особыми условиями... брак.
Земля ушла у меня из-под ног. Я застыла истуканом, боясь дышать.
Что?!
Глава 2
Глава 2
Ульяна.
До конца рабочего дня я держалась исключительно на профессиональном автопилоте и остатках гордости. Но всё это время в моей голове крутилась только одна фраза.
«Внеси в пункт с особыми условиями... свадьбу.»
Прокручивала её снова и снова, как заезженную пластинку.
Свадьба.
На мисс Корсак.
То есть на мне.
– Бред, – прошептала, уставившись в монитор и невидящим взглядом скользя по графам квартального бюджета.
Может, мне послышалось? Может, в том конце коридора стояла другая Корсак? Или он говорил не о браке, а о «браке продукции», например? Да, точно! Производственный брак! Пункт об ответственности за бракованные макеты терминала, вот что он имел в виду!
Я уцепилась за это объяснение, как за спасательный круг. Ульяна, ты гений самообмана. Сколько работаешь с Велесовым и до сих пор не выучила: этот мужчина никогда не говорит двусмысленностей, если дело касается бизнеса. А «свадьба» – это не бизнес.
Это безумие.
Но всё равно, сидя за своим столом в приёмной, раз за разом прокручивала в голове наш утренний разговор. Точнее, его финал. «Твои трудовые обязанности расширяются». Расширяются! Ха!
Покосилась на своё отражение в тёмном экране выключенного монитора. Шатенка с голубыми глазами, сейчас похожими на два перепуганных блюдца. Белая блузка, юбка-карандаш, идеальный пучок на затылке. Образец секретарской невозмутимости. Только вот кончики пальцев до сих пор слегка подрагивали при воспоминании о том поцелуе.
Нет, это просто смешно. Он – миллиардер, владелец «Велесов-Групп», человек, чьё рукопожатие стоит дороже моей годовой зарплаты. А я – его секретарь, пусть и хороший. С моим-то везением – сначала парень-изменщик, потом попугай-шпион, теперь босс-самодур... Нет, определённо, я ослышалась.
В шесть часов вечера, когда последний сотрудник покинул приёмную, а стрелка часов неумолимо приблизилась к цифре семь, дверь кабинета распахнулась.
– Ульяна, зайди, – раздался его голос.
Глубоко вздохнула, одёрнула юбку и вошла.
В кабинете царил полумрак. Верхний свет был выключен, горела только настольная лампа, очерчивая золотистым кругом массивный стол и папку, лежащую на самом краю. Но Евгения за столом не было.
– Прикрой дверь.
Голос раздался слева, из зоны отдыха, где стояли кожаный диван цвета коньяка и два таких же кресла. Послушно закрыла дверь и повернулась. Евгений сидел в кресле, расслабленный, без пиджака, в одной рубашке с закатанными до локтей рукавами.