Рита немного обиделась: мысленно она уже давно примеривалась к креслу зама и была уверена, что повышение заслужила. Все-таки первое перо редакции! Но вскоре она забыла обиду. Во-первых, грела редкая в устах Паши похвала. Во-вторых, ей доставило удовольствие, когда редактор обыденно, как будто речь шла о давно существующем факте, сказал о Кузьме «твой» и то, что она несомненно увидит его снова.

В правоте Пашиного предсказания она убедилась назавтра, когда зашла в свой кабинет и сняла трубку зазвонившего телефона. К концу дня ей стало казаться, что она так ни разу и не опускала ее. Особенно доставали коллеги. Они уже не пытались, как в предыдущий раз, робко выведать источник информации, а нагло требовали подробностей и комментариев. Обещая, правда, обязательно в своих материалах сослаться на нее. Судя по всему, главные редакторы накрутили им не только хвосты… Посоветовавшись с Пашей, Рита отвечала всем.

— Пусть даже только один из трех сошлется на источник, — сказал по этому поводу Паша, — все равно завтра миллионы будут знать о тебе и «Оппозиционной». Рассказывай! Все равно дело можно сдавать в архив.

По совету Паши, Рита особенно любезно общалась с корреспондентами иностранных информационных агентств; к обеду они отметились у нее практически все. После обеда к ней приехала телегруппа… К вечеру Рита полностью осознала справедливость слов: «Слава — тяжкое бремя». На что и пожаловалась Паше, когда он заглянул к ней в кабинет.

— Терпи! — весело сказал он, дружески обнимая ее за плечи. — Придет время, и об этом дне ты будешь вспоминать с восторгом и детям своим рассказывать. Слава для журналиста иногда тяжела, но без нее, поверь, еще хуже.

Рита рассказала Паше и о звонке главного инкассатора, пообещавшего вознаграждение за находку. К ее удивлению, редактор нахмурился.

— Фуфел! — сказал он резко. — Да чтобы из банка сами позвонили! Они нас сейчас поносят последними словами: такую работу им бросили! Эти деньги давно списаны. И вдруг появились вновь. Им сейчас не только все пересчитать и оприходовать, но и пересмотреть каждую купюру, определить ее пригодность, потом искать иностранный банк, где с них за обмен возьмут меньший процент… А ты еще вознаграждение от них хочешь⁈ Годами судиться будешь! Развели тебя, девочка. Это кто-то из конкурентов, и очень умный. Выход на твоего Кузьму у них теперь есть, возьмут интервью — и материал получится классный, и публикация, считай, свежая. Звони ему! Если действительно не хочет светиться у нас, то пусть хотя бы пообещает молчать…

Рита бросилась звонить, но рабочий телефон Кузьмы не отвечал — видимо, он уже ушел. Домашнего номера она не знала, но Паша, хмыкнув в очередной раз, ушел к себе и через пару минут сообщил ей и телефон, и адрес.