— Это Влад, — опустил голову Кузьма. — Я же ему своими статьями такую репутацию создал, что и большие люди со своими проблемами пошли. А их в транс ввести, чтобы они сокровенное рассказали… Я не видел, но думаю, что Влад злоупотреблял. Он ведь просто купается во всем этом: такая величина, газеты пишут, сильные мира сего с нижайшей просьбой приходят… Создал я Франкенштейна… А что касается Перваковой, то про ее предстоящий арест он, конечно, от кого-нибудь из своих, больших, клиентов узнал. А вот то, что она в стране… Он ведь не шарлатан в полном смысле этого слова. Людей пропавших чувствует… Это было честное предсказание. Только вот я зря об этом написал. Газета попросила…
— Что-то вы не ко времени каяться стали! — хмыкнула Рита.
— Старею, наверное, — улыбнулся Кузьма. — Ладно, Маргарита, пора спать, завтра нам с рассветом… Постелите мне где-нибудь на диванчике. Можно и на полу.
— Такому верному мужу — лучшее место! — съязвила Рита, вставая…
Глава 7
7.
Она действительно выделила ему лучшее место: на диване в гостиной, через которую был проход в маленькую спальню за тонкой перегородкой без дверей — вход закрывала портьера. Было видно, что в этой большой (и единственной) комнате перегородку сделали кустарно и очень давно. Мебель в квартире была «антикварная», времен юности Кузьмы, чему он очень удивился. На кухне столы и шкафчики были посовременнее.
Ему было неудобно расспрашивать о мебели напрямую, поэтому, пока Рита застилала простынею диван, начал о квартире.
— Вы давно здесь живете?
— Всю жизнь, — ответила Рита и притащила из спальни подушку и одеяло. — Сколько себя помню. Сначала с папой и мамой, потом только с папой, а теперь сама. Папа, хоть и пенсионер, нашел себе любовь — такую же бабушку, и живет у нее. Не мешает дочке устраивать личную жизнь.
Она засмеялась и ушла в ванную. Кузьма тем временем принес из прихожей «тревожную» сумочку и, достав зубную щетку, стал ждать своей очереди. Ему было немного неловко: впервые со времени женитьбы он ночевал не у себя дома, да еще у женщины. К тому же такой, с которой не хотелось быть вместе. Утешало лишь, что это был деловой договор. Хотя (Кузьма это осознавал) нынешним вечером он несколько преступил рамки деловых отношений; правда, зашел не слишком далеко…
Рита появилась скоро. На ней была вызывающе короткая и прозрачная ночная сорочка. Кузьма сделал вид, что не заметил ее наряда, и поспешил в ванную. Вернувшись, он погасил свет, разделся и с удовольствием растянулся на прохладной чистой простыне. При этом пружины дивана жалобно скрипнули, а Кузьма с досадой подумал, что каждое его движение этой ночью будет замечено…