Левковцев в течение последних дней был поражён прогрессом Соколовской. Не в технике — её техническая база осталась на прежнем уровне. Они пробовали в межсезонье на удочке разучивать тройные прыжки, начиная с сальхова, но Марина сильно недокручивала. А сейчас… Соколовская стала прыгать более мощно, пролётно, увеличив крутку. Мало того, она сильно спрогрессировала эмоционально. Каждый её прокат был как театральное представление, которое очень высоко оценивали зрители. Что её подвигло на такой профессиональный скачок? Неужели прогресс Хмельницкой и желание с ней конкурировать явилось снежным комом, вызвавшим лавину в душе Марины? Левковцев этого не знал. Сейчас он действительно не желал выигрыша кого-либо конкретного.

Мрачная Арина, оставшаяся в одиночестве, сняла олимпийку и чехлы с лезвий, бросив их на стул рядом с калиткой и вышла на лёд. Слезами делу не поможешь. Нужно делать то, что надо. Остальное пусть решат судьи…

Пока судьи решали, что ставить Соколовской, Арина начала разминку. Как всегда, сначала разогналась, потом на скорости сделала несколько шагов — вальсовую тройку, чоктау, моухок. Потом начала прыгать простые перекидные прыжки. Двойные тренировать не стала, боясь на эмоциях свалиться и окончательно сбить настрой. Разминку делала в своём стиле — быстро и красиво, на глубоких рёбрах. Какая-то часть зрителей обратила внимание на неё, но большинство смотрели на Соколовскую. Сцена с тренером вызвала умиление у болельщиков, и они теперь внимательно следили за тем, что происходит на скамейке, где сидели Марина с Левковцевым. Когда начали объявлять оценки Марины, наступила абсолютная тишина, и это о многом говорило…

— Марина Соколовская. Оценки за техническую часть — шесть ноль, шесть ноль, шесть ноль, шесть ноль, шесть ноль. Оценки за артистизм — шесть ноль, шесть ноль, шесть ноль, шесть ноль, шесть ноль. Общая оценка шесть ноль. Промежуточное первое место.

Вот и всё, собственно говоря… Соколовской судьи поставили максимальные оценки из возможных. И сейчас прыгни Арина хоть десять трикселей, турнирное положение это никак не изменит…

— Урааа! — закричали трибуны, радуясь успеху соперницы. — Так держать! Браво! Брааавоооо!

Соколовская встала, раскланялась ещё раз, подняла руки, приветствуя зрителей и пошла в раздевалку. Сегодня был её день. Левковцев проводил Марину и подошёл к бортику и подозвал Арину, которая в одиночку, без наставлений тренера, хорошо разогрелась и размялась. Тело чувствовала идеально.

— Люда, ты в порядке? — каким-то шестым чувством тренер словно увидел смятение, в котором находилась Арина. — Ну-ка, возьми себя в руки! Не время забивать голову! Лутц будешь прыгать?