Шведова хмыкнула.

Торчок ухмылялся:

— Отож узнаю…

Появился Коваленко с плащ-палаткой. Посмотрел на порозовевшую старшину и объявил:

— Первое: приказано укрыться и не мерзнуть. Можно использовать брезент трала. Второе: ставлю боевую задачу. Потом будут уточнения и прочие вводные…

Десантный отряд двигался двухкильватерной колонной. Пока все шло по плану. Охранение: шесть «малых охотников», два торпедных катера и трофейная БДБ под новым гордым советским именем «ДБ-51» прикрывали транспорты. Двигался ударный отряд артиллерийской поддержки из пяти канонерских лодок и двух бронекатеров. Надрывали изношенные машины три старых транспорта, шли шхуны, тральщики, спасательное судно — трюмы и палубы предельно набиты людьми и боеприпасами, машинами и повозками, пушками и минометами. Прыгал по волнам — кто на буксире, кто своим хилым ходом, москитный флот. Двадцать семь катеров типа «КМ» и «ЗИС», спаренные и одинарные тендеры, мотоботы — все самое важное для десанта — высадочные средства. Занимал свое строго отведенное место в строю и крошечный тральщик № 085.

Барражировали над конвоем прикрывающие переход истребители. Противник пока не появлялся…

Опергруппа, отодвинув до лучших времен яростные дискуссии о колбасе и крушении великой страны, осмысливала план операции. Общая задача была ясна: высадиться вместе с первой волной десантников и проскользнуть в тыл противника до того, как тот подтянет резервы и блокирует плацдарм. До аэродрома Нурмолицы около 30 километров, учитывая выбранный, непрямой маршрут в обход хуторов. Расстояние требуется преодолеть как можно скорее: осознав, что происходит, финны начнут эвакуацию техслужб и летного состава. Скорее всего, «ряженых» ЛаГГов в Нурмолицах уже нет — переброшены на иной аэродром, перекрашены и вновь получили финские опознавательные знаки. Вполне возможно, и пилоты сменились.

— На «ряженых» могли летать немцы, — сказал Коваленко. — Вдаваться в подробности не будем, но, судя по почерку, вся операция разрабатывалась непосредственно немцами. Если это, конечно, операция, а не случайное совпадение.

— Конечно, такое совсем обычное совпадение, — кивнула Марина.

— И такого варианта нельзя исключать. — Лицо у старшего лейтенанта вновь сделалось железобетонным. — Но есть все основания предполагать продуманную, многоходовую комбинацию противника. Работали тонко, дерзко, возможно, и следы, оставленные в Тарасовке…

— Та чо еще за Тарасовка? — насторожился Торчок.

— Деревня, возле которой располагался наш аэродром подскока. Но наши соколы ушли на запад, а обжитое место использовали «ряженые». Часовые чисто говорили по-русски. У взлетной стояло несколько истребителей — свидетели из местных жителей точно не могут описать, какие именно. Прилетал транспортный самолет — вероятно, забирал техников и этих самых «часовых». Находились неизвестные авиадиверсанты на этом аэродроме не менее трех-четырех суток. Подозрений не вызвали. Собственно, кто мог ожидать? Кроме местных жителей, там сейчас никого нет. Да, аэродром, да, пара самолетов, оставшихся по причине технической неисправности или иным военным надобностям. Но именно немцы в Тарасовке сидели. Окурки, иные следы…