Шведову передернуло, Леха спешно отвернулся. Торчок подумал и уточнил:

— Отож с танцами и хором?

— Все согласно законам жанра, — заверил Попутный. — Земляков, я не понял, что за ухмылки? Музыка облагораживает, что общеизвестно и подтверждено как советскими, так и буржуазными зарубежными исследованиями. Между прочим, если сам Григорий Васильевич Александров за киноверсию моей пьесы возьмется, то ничуть не хуже «Цирка» получится.

— Перестаньте, товарищ майор, — сказала Шведова. — У нас оперетки спросом не пользуются. Особенно бесстыдные и про воров-шпионов.

— Отказываетесь, Марина Дмитриевна, от тезиса о классово близкой прослойке?

— Кто классово близкие? — изумилась старшина. — Шпионы?

— Шпионы, это само собой. Я воров и прочих хулиганов имел в виду. Платформа-то у них наша, рабоче-крестьянская.

Мариша онемела, Женька тоже не совсем понял. Зато Торчок заворчал:

— Не, то застарелое заблуждение. Отож, у вас они, может, и классово близкие, а у нас сидят плотно.

— Вот! — встрепенулся майор. — О лагерях! О мильенах невинно пострадавших. Давай, Павел Захариевич, рубани правду-матку. Кому, как не тебе сказать. С твоим-то уникальным опытом и образованием.

У Торчка, кажется, даже щетина дыбом встала. Было, было у Павло Захарыча слабое место.

Попутный откровенно любовался произведенным эффектом. Тут Коваленко не выдержал и намекнул:

— Нам бы двигаться. Время…

— Опергруппа, встать! — совершенно иным, командным тоном рявкнул иезуит-майор. — Бегом марш!

Километров пять пролетели на одном дыхании. Злость — допинг действенный, особенно когда начальство над тобой куражится и послать его ну никак нельзя. Личный состав порядком обозлился. Трофимову, мало что понявшему, конечно, тяжелее приходилось, но рацию у него старлей забрал, и Леха на ногах держался. Вели группу то сам майор, то Коваленко — маршрут проработали тщательно. Женька и сам понимал, как идет группа, не заблудился бы, хотя скорость бы ощутимо подрастерял.

…Опять болото, в сапогах чавкало гуще — шли быстро, не особенно разбирая дороги и держась подальше от тропинок. Форсировав Тулоксу, группа обогнула хуторок Сяндеба. Где-то здесь был стык участков ответственности финской Ладожской бригады береговой обороны и 15-й пехотной бригады. Но эти детали сейчас были неважны — главное, проскочить, не наткнуться.

…Светлые сосны, снова кочки, вздохи топкой почвы, свободные камуфляжные штаны и бриджи под ними облепляют ноги веригами тяжкими, облако комарья звенит…

Далеко за спиной громыхало. Там озеро, десант, бой разгорается… Ох, господи, вода там чистая, а комаров почти и нет…