— Просили, — деликатно пояснил курьер.
Шведова покосилась на старлея:
— Да вы вообще дураки. Наивные как дети. В головах хоть что-то осталось, кроме денег и пошлости?
— Я ротой командовал, — угрюмо сказал Коваленко. — А шоколад — от чистого сердца. Он полезный.
— Вот Лешке и отдайте. Ему для крови нужно.
Сержант забормотал, что он не ребенок сладкое есть. Женька вынул из многострадальной сумки помятую плитку.
— Отож конфета, — удивился все молчавший Торчок. — Фунта два, не иначе.
— Поломалась чуть-чуть, — сказал Женька. — Я там прыгал-ползал…
— Под бомбежку заехали, что ли? — безразлично спросила Шведова.
— Под «фаусты», — сердито сказал Женька. — Ты, Марин, как хочешь эту фигню трактуй, но поголовно трусами мы не стали.
Пожала плечами.
Женька шуршал фольгой: пахнуло вкусно — свежий. Вот что переправлять нужно. Шоколаду, ему что семьдесят лет вперед, что сто назад… Парадокс. Правда, толком не проверенный.
— Буржуйский? — Неугомонная Шведова морщилась.
— Ты еще скажи, мы за него и продались, — скрипнул зубами старший лейтенант.
— О происхождении конкретного продукта ничего сказать не могу. Сунули впопыхах, без обертки, — мирно пояснил Женька. — Но в данном случае предлагаю считать шоколадку интернациональной. Да и вообще, что мы, трофейного не жрали? Этот продукт в любом случае получше фрицевского…
Шоколад действительно был неплохой. Алексею скормили удвоенную порцию, хоть парень и отнекивался. Но и старшина попробовала. Собственно, в будущем не все так погано, как иногда кажется…
* * *
Кажется, и не спала. Нет, спала, но час тот промелькнул как секунда. Разбитые «Хелеус» ничего не показывали. Майор поднял всех без ора, но непреклонно. Сдерживается, гад. Смягчает…
Провокатор он, конечно. По всему видно. Мерзкий тип. Умный и насквозь мерзкий. И ненавидеть его следовало бы сильнее, чем фашистов. Но сильнее, чем Гансов и ихнего Гитлера, ненавидеть просто невозможно. Ладно, нужно разобраться. Время еще будет. В чем майор прав — дело до конца доводить нужно. Самолет все-таки не ЭТИ сбили. Незачем им было за Сергеем Вячеславовичем охотиться…
Здесь логика давала сбой. Просто невозможно даже на миг представить, что подполковник Варварин был не тем, кем он был. Советский человек! И попробуйте иное гавкнуть! От него урона немцам побольше, чем от целого танкового полка было. Понятно, санинструктору много знать не положено, но все равно… Разве мог он предателем числиться?
Сука, е… сволочь, ты, майор. Запутал, дерьмом все облил…
Марина закинула в кузов вещмешок. «Диверсантка» уже тарахтела, Лешка выковыривал осколки отсутствующего лобового стекла — вечно они в кабине откуда-то появлялись. Топтался рядом с бортом здоровяк старший лейтенант. Должно быть, подсадить хотел. Тварь. Может, он и вообще штабс-лейтенант какой-то?