Я мог бы ему рассказать, что услышал от гирванских жрецов, о том, что настало время их народу подвинуть кайтеритов и занять их место, все нечистые души отправить прочь из этого мира…

Но у меня не было времени на пустые разговоры.

— Трибун, — начал я, ощущая, как сердце бьется все чаще и чаще, как подрагивают пальцы, и возвращается изгнанное орехами джега из мускулов онемение в мышцах. — Разрешите обратиться…

Контрразведчик посмотрел на меня удивленно, погладил усики и кивнул.

— Подкиньте нас, — всегда страшно озвучить просьбу, когда ждешь отказа. — Нас мало. Теперь я знаю, где мои жена и дочь… Тут всего две сотни километров, ерунда для вертолета. По земле же очень долго… Я должен их спасти, такое дело!

Говорил бессвязно, сам понимал это, но успокоиться не мог, меня буквально колотило. Речь шла о Сашке и Юле, о возможности добраться до них не просто быстро, а очень быстро, и без потерь.

Вряд ли те, кто держит их в плену, имеют собственное ПВО.

— Нет, — сказал Геррат. — Не могу.

— Пожалуйста! — я шагнул к нему, вытянул руки. — С ними же там… что угодно… Понимаете же? В любой момент… Хотите я перед вами на колени встану, что угодно? Хотите?

И я правда шлепнулся перед ним на колени.

— Встать! Смирно! — рявкнул Геррат, и я повиновался автоматически: все же за проведенное в армии время дисциплина въелась мне если не в головной, то в спинной мозг точно.

Он оглядел меня с головы до ног и продолжил:

— Не могу, честно. Ты просто конкретно не знаешь, что происходит. Ведь так?

Я нервно пожал плечами.

— Сегодня утром при крушении самолета погиб принц Гюрдан, племянник прежнего Гегемона. Мы пытаемся выяснить, где его сын, ведь он теперь становится наследником. Конечно, если не учитывать несчастную слабоумную женщину, от лица которой правит… ну, или пытается править регентский совет.

Два вертолета за его спиной сделали крутой вираж, и оба пошли на север.

— Поэтому мы отходим из Столицы, чтобы избежать дальнейшего кровопролития. Прямо сейчас. Если что… очень маловероятно, что я смогу еще помочь тебе… Но помни. Обещанную мне вещь я жду.

Мне хотелось заорать на него, вцепиться в глотку, но я сдерживался из последних сил. Понимал, что он и так выручил меня, что он мне ничем не обязан, что он оставил мне Обруч, когда мог отобрать, и помог сейчас.

— Ладно, — выдавил я из перехваченного спазмом горла. — Ну что же делать? Спасибо.

— Удачи, — Геррат хлопнул меня по плечу и полез к вертолету, ржавый металл громыхал у него под ногами.

Летающая машина мягко ушла вверх и помчалась догонять остальных.

А я повернулся к своим и сказал: