Полноватый мужичок и обладатель двойного подбородка. На полицейском едва застегивался форменный китель, и я предположил, что дать ему на лапу и замять ситуацию с отпечатками — не такая уж плохая затея.

Но сейчас я промолчал. Потому что чем чаще открываю рот, не имея информации по материалам дела, тем больше становилась вероятность проколоться на мелочах.

Автомобиль остановился напротив полицейского участка номер два, и я вышел из транспорта следом за полицейским, разминая затекшую шею. Далее меня повели внутрь. Усадили в кабинет с белыми стенами, столом и двумя стульями по центру.

На этом старший лейтенант Звягинцев со мной распрощался, и в дело вступил тощий следователь, на костях которого китель болтался мешком. Из одной крайности в другую… Наверное, этот взяток не берет.

— Майор следственного отдела, Добронравов Олег Евгеньевич. Добрый вечер, — присел он напротив меня. Положил на стол папку, огладил козлиную бородку. — Я расследую дело об убийстве Андрея и Маргариты Лихачёвых. Делецкий Марк Демьянович?

— Всё верно.

Затем он зачитал мне данные, которые включали в себя год и место рождения, возраст, адрес и еще много того, на что я просто кивал с каменным лицом. Пока мы не дошли до горяченького. Тех вещей, которых я о Марке в принципе знать не мог.

— Административное нарушение, ага… — бормотал мужичок под нос, перелистывая бумажки. — В тринадцать лет. Драка с нанесением тяжких повреждений, ага…

Драка… с нанесением… чего?.. Даже будучи мертвым, бывший хозяин этого тела умеет удивлять день ото дня.

— Вам очень повезло в тот день, Марк Демьянович, — исподлобья глянул на меня майор, шмыгнул носом. — Отец вступился за вас и нанял хорошего адвоката. Но пальчики мы всё-таки успели взять, хех.

Это он отпечатки имеет в виду? Да, неловко вышло. Но я бы не стал главой уважаемого в народе ордена, если бы не умел в дипломатию. И здесь как-нибудь прорвемся.

— Не понимаю, о чем вы говорите.

— О том, что ваши пальчики были обнаружены на месте убийства, Марк Демьянович, — он принялся перебирать фотографии, которые извлек из той самой папки. — В каких отношениях вы были с Андреем и Маргаритой Лихачёвыми?

— Ни в каких.

— Вот значит как… — снова огладил он бородку. — И как мне расценивать ваши слова? Ваши отношения были натянутыми? Или, быть может, затаенная на них обида не давала вам покоя?

— Когда я говорю «ни в каких», то имею в виду, что мы не были знакомы.

— Даже с учетом того, что члены рода Лихачёвых в партнерских отношениях с вашим отцом?

— Даже с учетом того, — продолжал гнуть я свое.