А после молнией метнулась за дверь, с грохотом захлопнув ее за собой.

— Ну, довольна? — я укоризненно глянул на свою спутницу и повесил картину на крюк. — Перепугала бедняжку до судорог.

— А нечего на тебя так смотреть, — заявила Жанна. — Тоже мне, королева красоты.

— Не жизнь у меня, а песня, — констатировал я и покинул здание.

Милана ждала снаружи, задумчиво глядя на черный микроавтобус, который за то короткое время, что мы провели в здании, присоседился к машине Ряжской. Дверь его была открыта, но пассажиров я не увидел, скорее всего они топтались за воротами, которые были повыше ограды. Да и Ольги Михайловны не заметил, она, как видно, в салон автомобиля переместилась.

— Очередные телевизионщики приехали, — деловито сообщила мне Милана. — Не желаешь еще немного подзаработать? Дадим интервью, нагоним жути, ты сводишь этих клоунов в дом. Если канал из числа более-менее серьезных и мы проведем эту тему как эксклюзив, то сумма может оказаться вполне приятной. Обещаю, гонорар поделим честно.

— За предложение спасибо, но я все же откажусь. Более того, давай считать, что меня тут вообще никогда не было. Ты есть, дом есть, все остальное тоже, а меня — нет.

— Без тебя история окажется не такой продаваемой, — задумчиво произнесла вдова Хвощова. — Сам посуди, таинственный красавчик сходил в мой дом, сразился… С кем-то. Сразился и победил. Опять же, мы прекрасно будем смотреться на экране вместе.

— Милана, ты знакома с народным творчеством?

— Ты о сказках и песнях?

— Я о пословицах и поговорках. Слышала такую: жадность порождает бедность? Так вот она о тебе и обо мне. И сразу, чтобы обойтись без банальностей, — это не угроза. Это констатация факта.

— Хорошо, — внешне покладисто согласилась она. — Как скажешь.

— И еще, — я закинул узел, который держал в руках, на плечо. — Не говори никому, что в доме теперь все в порядке. Не советую.

— Отчего так?

— Продавать после замучаешься. Тот чудик, что на него нацелился, без привидения твою виллу брать не станет, а остальным потенциальным покупателям она с такой репутацией на фиг не сдалась. В результате зависнет строение неликвидом, вот и все. А ты еще и в убытке окажешься — земельный налог пока никто не отменял. Да и прочие платежи тоже.

— В принципе верно, — глянула Милана на дубовую дверь. — Вот только… Если тот странный мужик его приобретет, а после выяснит, что паранормальщина кончилась, он же, наверное, захочет сделку расторгнуть?

— На каком основании? — хмыкнул я. — Том, что в доме нет нечистой силы? Самой не смешно? Ну а если все же он подаст на тебя в суд, то непременно набери меня и расскажи об этом. Я даже на заседание приеду, слово даю. Очень хочу глянуть на того судью, который примет данный довод как полноценный аргумент.