— Но все на самом деле так, — вздохнула Светка. — Саш, ты пойми, не просто так нас судьба раз за разом сталкивает.

— Ничем таким судьба не занимается, — фыркнул я. — Поверь мне, у нее и без нас дел выше крыши. А вот ты — да. Раз за разом пытаешься вернуть то, что давным-давно исчезло. Прости за банальную фразу, но нет никаких «нас», Светка. Много лет как нет. Есть ты, есть я, и у каждого своя жизнь. Новая, интересная, яркая… Ну, или не очень, тут как повезет. У меня — точно такая, чего и тебе желаю. Со вторым браком не сложилось? Бывает. Попробуй еще раз. Ребенка в конце концов роди, он тебе точно ненужные мысли из башки выбьет. Не до них станет.

— Молодец. Вот просто молодец, — мило улыбнулась бывшая и прихватила меня за локоток. — Об этом я и хотела с тобой поговорить. Мне вот что подумалось…

— С этого места стоп, — помрачнев, я высвободил руку из ее цепких пальцев. — Просил же, даже не начинай, слушать не стану. Да и вообще, шла бы ты домой, душа моя. Завечерело, похолодало, не ровен час еще подстудишься. Цистит не спит.

Совсем она сбрендила, я погляжу, за это время. Эх, Полина Олеговна, Полина Олеговна, поломала ты дочери жизнь любовью своей материнской. Даже не тем, что в свое время нас в разные стороны растащила, нет. Я — только один из, не более. Ты раз за разом влезала в пряжу ее судьбы и ниточки путала, в результате теперь Светка мечется, как ночью по лесу, пытается найти дорогу, но вместо этого все глубже в чащу забредает.

Ну а я в этой ситуации оказываюсь чем-то вроде Полярной звезды, поскольку какой-никакой, а ориентир. Вот и вертится она вокруг меня, выдумывает разные теории, почему мы не вместе, а после в них сама верит. Ведь прекрасно понимает, что мы давно чужие друг другу, что нет у нас будущего, но для нее это лучше, чем ничего. И вот она ломает себя раз за разом, несет всякую чушь, сама то прекрасно осознавая, но для нее, похоже, лучше жить в этих иллюзиях, чем оглядеться и попробовать что-то изменить.

А почему? Потому что не свою судьбу проживает благодаря матери, а чужую. И страшнее этого, пожалуй, на свете ничего и нет. Ты вроде как существуешь, а вроде как и нет.

Надо будет за ней поглядывать, что ли… Не ровен час какую глупость над собой учудить надумает. Вот же не было печали. Но это лучше, чем потом ее посмертную судьбу решать. Довелось мне пару раз с тенями самоубийц сталкиваться, теми, что давно по свету бродят, врагу такой участи не пожелаю.

— А вы что тут сидите? — скрипнув калиткой, участливо поинтересовалась мама. Вот ведь. Хоть бы для приличия и пущего антуража она могла бы изобразить что-то вроде «Ой, Света, здравствуй!». Но какой там… — Пошли в дом чай пить.